Я — матрос «Гангута»! стр. 36
верхней палубы. К взбунтовавшимся матросам присоединилось большинство экипажа. Пришлось принимать срочные меры. На «Рюрике», где командующий Балтийским флотом всю войну держал свой флаг, начались повальные аресты.
Не обошлось без волнений и на учебном судне «Рига», на линкоре «Петропавловск». А на «Императоре Павле I» 120 матросов были собраны в жилой палубе. Их несколько раз вызывали на верхнюю палубу, чтобы отправить на «Гангут», но всякий раз вахтенный начальник вынужден был отставлять отправку из-за ненадежности команды (большинство матросов сами были участниками подготовки восстания на своем корабле).
Других подробностей мы не знали, так как на берег матросов не отпускали. Не знали даже, что в эти дни на всех кораблях происходила чистка экипажей: ненадежных списывали и отправляли на Северную флотилию и безлюдные острова Аландского архипелага, некоторых — в действующую армию. Их место занимали новобранцы. На «Гангут» тоже прибыло более двухсот молодых ребят.
События на «Гангуте» показали, что славные дела солдат и матросов, поднимавших знамя борьбы в Кронштадте, Свеаборге и во Владивостоке в годы первой русской революции, продолжаются, что восстание гангутцев явилось предшественником новых революционных бурь. Вместе с тем большевики разъясняли матросам, что несвоевременное и неподготовленное выступление чревато поражением. Высоко ценя подвиг «Гангута», все мы извлекали из этого события определенные уроки и выводы.
* * *Гангутцев по праву называли в одном ряду с потемкинцами, примеру которых они следовали. Но прошли годы, и восстание на «Гангуте» почему-то стали умалять. В иных исторических исследованиях давалась странная трактовка: это, мол, вовсе не восстание, а стихийное волнение из-за плохой пищи. И только! Понятно, что автор этих строк вынужден был обратиться в соответствующие инстанции. Мои доводы были приняты во внимание, и эта нашло отражение в учебнике «История Коммунистический партия Советского Союза» (издания 1959 и 1962 годов), а затем и в многотомной истории КПСС. Казалось бы, правда восторжествовала.
И вдруг в одном из журналов появляется статья «К истории возникновения большевистских организаций на Балтийском флоте», в которой делается попытка доказать, что на «Гангуте» произошло неподготовленное, бунтарское выступление, поднятое анархистско-эсеровскими элементами, которым никто не руководил и которое принесло не пользу, а вред революционному движению. Авторы статьи почему-то пренебрегли воспоминаниями участников восстания и все свои суждения построили исключительно на архивных материалах, заимствованных из документов следственной комиссии и Кронштадтского военно-морского суда по делу гангутцев.
«Изучение документов показывает, — приходят они к выводу, — что на линейном корабле „Гангут“ 19 октября 1915 года не было восстания, а имели место стихийные, неподготовленные и неорганизованные волнения матросов, которыми, по существу, никто не руководил.»
Хочется высказать свое мнение по этому вопросу.
Во-первых, о характере выступления гангутцев, его причинах. Да, восстание вспыхнуло стихийно. Верно, что поводом для выступления послужила плохая пища, грубость должностных лиц по отношению к нижним чинам. Но верно и то, что матросы выступили против ненавистной народу войны, против царского самодержавия. Характерно, что лозунгами восставших вскоре стали демократические требования: «Долой войну!», «Долой немцев с флота!», «Долой царское правительство!». Почему же этого не заметили авторы статьи?
Позволю себе процитировать воспоминания П. Е. Дыбенко, касающиеся причин восстания, его сущности:
«Восстание началось на почве недовольства войной, жесткой дисциплиной, ухудшением пищи. Общая же идея восставших — свержение существующего строя. Руководство на „Гангуте“ находилось в