Я побит - начну сначала! стр. 20
за 50, красивый ходок. В Тбилиси не может вернуться. Родственники (среди которых был замминистра) собрали вагон мандаринов и сказали ему: «Ты свободен, поезжай, продай, за это тоже будешь иметь какую-то долю». Он уехал, и они его не дождались. Вернулся в тапочках и майке — все просадил. Рассказывал: «Зато так погулял, столько повидал... У них много... Можно один раз Арману погулять!!!»
Завел аферы. Втянул милицию. Клялся, что, если попадется, не выдаст. На суде всех продал. Сам получил 4, они - по 8 лет.
Поехал покупать жене пирожные и пропал на три дня — приехал с тортом. Жена Люба надела ему торт на голову и плеснула в глаза 90-градусной чачей. Он, одетый, нырнул в ванную. (Ванна была полной оттого, что часто отключали воду.)
Продавал отобранные права, брал 250 рублей и говорил: через два часа будут. И поражал, привозя ровно через два часа.
Грузин покупал машину, которую Арман помогал купить. Не стал ждать понедельника, за 120 рублей заставил открыть магазин, посмотреть машину...
— Стоит белая, как невеста! Теперь можно пить, теперь можно спать.
Покупал гарнитур в Риге, дал 1200 и 1500 сверху. Привезли на машине.
— Зачем это красавец-гарнитур будет неделю тащиться в поезде?!!
О ШИШКЕ. «ДЕРЕВНЯ УТКА» 08.06.75 г. По сценарию
1. Сценарий сейчас распадается на две истории: деревенскую и городскую. Причем это не только две истории, это два разных сценария, два разных приема и, что самое обидное, два разных художественных уровня.
2. В первом сценарии, за исключением неясности машины (недорешенности), все очень сделано.
В том, как появился Шишок, была и правда, и тактичность (драматургическая): Шишок появлялся оттого, что становился необходим — Оля скучала, плакала, тосковала по матери.
И тогда возникал Он.
Как в классике: жили муж с женой и не было у них детей. «Не было детей» — это реальная необходимость чуда, это тактичность классической драматургии о чудесном, о невероятном.
Шишок
возникал по необходимости, житейской, реальной необходимости вымысла, необходимости художественной правды, более высокой, чем бытовая.
3. Шишок существует как часть истории девочки.
И в первой части неумолимо и последовательно работает сюжет. Оля тоскует, появляется Шишок, они подружились, им хорошо, но все ближе реальность, все ближе разлука, все ближе отъезд Оли, все ближе город...
...И Шишок, и деревня, и бабушка, и новая привязанность Оли — все под ударом... Что же дальше? Неужели они все это бросят?..
4. В городской истории брошен этот сюжет начисто. Оля становится служебной, происходит естественное перерождение сюжета в некое обозрение «Шишок в городе».
Вместо сюжета — обозрение.
Вместо сказки — фельетоны.
Вместо философии — иллюстрация мысли.
5. И потом все неправда:
Почему девочка не поделилась с подругами? Как случилось ее охлаждение? Из-за чего? Что же, в конце концов, произошло в городе?
6. Выпало из литературного сценария кое-что очень важное:
а) Прибытие Брауни с интуристами;
б) Пропажа льва;
в) Прощание Оли и Шишка.
7. Неинтересно, несмешно, без особого смысла:
а) Магазин;
б) Милиция;
в) У профессора;
г) Парк.
Все это случайно, необязательно, все это занимает (незаконно) место чужое — историю жизни Шишка в квартире, в городе, историю отчуждения Оли, историю потери таинственной силы и неотвратимого отъезда Шишка...
Грубо говоря,