Я смотрю на тебя издали стр. 109
– срок большой.
– Поехали, – поднимаясь с дивана, сказала я.
К некоторому удивлению, Агатка решила ехать с нами. То ли Берсеньев тому виной, то ли была иная причина. Меня это порадовало: Агата Константиновна разговорит любого депрессивного. Хотя и на Сергея Львовича я в этом смысле очень рассчитывала: он умел найти подход к женщинам. Пора ему проявить свои таланты.
Сестрица быстро переоделась, вскоре мы уже садились в машину Берсеньева, а через полчаса тормозили возле дома номер три по улице Первомайской.
– Думаю, нам лучше идти вдвоем, – кивнув мне, сказала Агата. – Женщины вызовут больше доверия.
Вот уж не знаю. Каждая вторая, с которой Сергей Львович имел дело, готова была открыть ему душу за десять минут общения. Выходит, сегодня его способности останутся не востребованы. Берсеньев к предложению отнесся с пониманием, и мы направились к подъезду.
Агата набрала номер квартиры на домофоне и стала ждать. Длинные гудки, и никакого отклика. Я разочарованно вздохнула. Только начнет казаться, что удача забрезжила на горизонте, как тут же выясняется, что с надеждами я поторопилась. Агатка, хмуро взглянув на меня, набрала номер семнадцатой квартиры, а когда ей вновь не ответили, пятнадцатой. Из динамика послышался женский голос.
– Да.
– Простите, мы разыскиваем Веселову Елену Борисовну.
Я некстати подумала, что для депрессивной девахи со склонностью к суициду фамилия самая неподходящая.
– Лену? – В голосе женщины удивление. – Так она здесь уже не живет.
– Не могли бы мы немного поговорить? Я адвокат, моя фамилия Завьялова… – не успела Агатка это произнести, как дверь открылась.
– Пятый этаж, – донеслось из динамика.
Возле приоткрытой двери стояла женщина лет сорока пяти, кутаясь в вязаную шаль с кистями, наброшенную поверх махрового халата. Агатка полезла в сумку за удостоверением, протянула его женщине, та взглянула мельком. В квартиру нас не пригласили, стало ясно: беседовать придется на лестничной клетке.
– Вы давно видели Лену? – спросила Агатка.
– Мама ее умерла почти два года назад, в июле. Вот тогда и видела. Хоронили Оксану Федоровну без нее, а потом Ленка приехала, чтобы квартиру продать. Неделю здесь жила, пока документы оформляли. А вместе с ней еще одна женщина. Ужасно неприятная. Она тут всем заправляла.
– Какая женщина? – не поняла Агатка.
– Я так думаю, кто-нибудь из этих сектантов. Смотрит в пол, лицо злющее, ни с кем не здоровалась.
– Какое она имеет отношение к Лене?
Разумеется, мы догадывались какое, в моей душе вновь вспыхнула надежда, что наш визит сюда будет ненапрасным.
– Как какое? – усмехнулась женщина. – Ленка ведь в секту подалась. Парень ее бросил, нашла себе командированного, неделями у них жил. Оксана Федоровна заподозрила неладное, приедет, уедет, время идет, а он о женитьбе ни слова, ест, пьет на Ленкины деньги. Она в банке работала, очень прилично получала. В общем, в конце концов выяснилось, женатый он. Ленка в слезы, мол, как же так? А он ей – я на тебе жениться и не собирался. Покидал вещички в сумку и уехал. Оксана Федоровна сначала перекрестилась, совсем он ей не нравился. А Ленка… в общем, вены себе вскрыла. Видно, любила этого прощелыгу. Из больницы вернулась на свою тень похожая. А потом вроде успокоилась. Оказалось, в секту подалась.
– В какую секту? – не сдержалась я.
– Кто ж знает? – пожала женщина