Библиотека

Я смотрю на тебя издали стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

плечами. – Мало их, что ли… вон, по телевизору показывают… Оксана Федоровна ни о чем не подозревала, пока дочка не стала ей о конце света толковать. Душу надо спасать и все такое. Забила тревогу, да поздно. Мозги Ленке уже основательно промыли. Из банка она уволилась, какая работа, если со дня на день нас всех призовут. А потом и вовсе уехала. Продала машину, были у нее кое-какие сбережения… в общем, все, что имелось, с собой забрала, а мать бросила. Звонила иногда, но, где она, мать толком не знала. Вроде живут в какой-то деревне, человек десять их, что ли. Оксана Федоровна от горя

слегла и померла через месяц. А мы даже не знали, как Ленке сообщить, ни адреса, ни телефона. Хоронили знакомые и соседи. Как раз на девятый день Ленка и позвонила. Я в сердцах ей, может, лишнего наговорила. Приехала на другой день с этой бабой страшной. Продала квартиру, и больше я ее не видела.

– Два месяца назад Лена точно была здесь. В городе, я имею в виду, – сказала Агата. – Не знаете, у кого она могла остановиться?

– Подруг у нее близких вроде не было. Может, кто на работе? Слушайте, – встрепенулась женщина. – Ей же тетка комнату свою оставила. Сестра Оксаны Федоровны. Они ее студентам сдавали. Может, там?

– Адрес знаете? – с надеждой спросила сестрица.

– Адрес не знаю, но объяснить, где находится, могу. Когда тетку-то хоронили, я им помогала, вот и была там пару раз. Малый Козинцев переулок, это возле стадиона. Там три дома – сталинки. Средний их. Второй подъезд, а квартира на первом этаже, как войдете – направо. А чего вы Ленку-то ищете? – спросила она, понижая голос.

– Как раз этой сектой мы и интересуемся. Поступило заявление, что людей там силой удерживают, – соврала Агатка, глазом не моргнув.

– Пересажать бы всех этих сектантов, к чертовой матери, – возмутилась женщина. – Людям жизнь калечат. А родне каково? Ведь Ленка мать раньше времени на тот свет спровадила.

Мы торопливо простились и направились к лифту.

– Ее там может и не быть, – умерила мой пыл Агатка, но в Козинцев переулок мы, конечно, поехали. По дороге я рассказала Берсеньеву все, что мы узнали от соседки. Он покивал с умным видом, от замечаний воздержался.

Дом, о котором говорила женщина, нашли без труда. На двери ни кодового замка, ни домофона. Из ближайшей квартиры доносилась громкая музыка. Агата надавила кнопку звонка, но, похоже, его никто не слышал. Пришлось барабанить в дверь. Музыка внезапно стихла, я услышала шаги, дверь распахнулась, и перед нами предстала девица в полотенце, которое она использовала как парео, вторым полотенцем была обмотана голова девушки, на предплечье цветная татуировка, рысь с распахнутой пастью.

– Музыка мешает? – насмешливо спросила девица. Берсеньева мы опять оставили в машине, о чем в тот момент я горько сожалела.

– Если музыка хорошая, отчего не послушать? – ответила Агатка, окидывая девицу взглядом с головы до ног. Очень сомнительно, что это Лена. Или в ее жизни произошли значительные перемены, – Веселова Елена здесь живет?

– Уф, – вздохнула девица. – Здесь, здесь.

– Она дома?

– Где ж ей быть? Только к себе не пустит.

– Не любит гостей?

– Ни гостей, ни музыки. Ничего на свете. Послал бог соседку.

– Мы все-таки пройдем, –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.