Ядовитый полигон стр. 44
я при этом сделал слегка неожиданный для меня вывод, что сам он вовсе не боевой специалист. В чем-то, конечно, толк знает, но только не в боевых действиях. По крайней мере, операцию по моему освобождению он подготовил и провел успешно, даже красиво. И нужных помощников нашел, и все варианты просчитал. Но вот в боевой обстановке он, мне показалось, что называется, откровенно «плавал». И погоны подполковника при этом ничего не значили.
– Здесь вариантов много. Первый. Предположим, их командир предполагает, откуда пришли за часовым. То есть знает, где располагается наша база. Он срочно собирает всех, кого может собрать – наверняка в селе есть еще бойцы, которые на ночь ушли под теплый бок жен, не пожелав мерзнуть на ферме, не имеющей стекол в окнах…
– Наверняка такие есть, – согласился подполковник.
– Вооружает их, если у него есть, чем вооружить…
– Разумеется, у него есть, чем их вооружить… – В голосе Лагуна появились нотки беспокойства.
– И всеми силами движется в нашу сторону, чтобы атаковать базу до того, как мы сообразим организовать надежную оборону.
– Возможный вариант. Нужно позаботиться об обороне.
– Нужно. Что здесь раньше было, на нашей базе?
– Ветеринарная станция. Потом начали строить какую-то лабораторию, тоже ветеринарную – антивирусную или антиящурную, что ли… Но не достроили в связи со сложной
политической обстановкой и высоким уровнем бандитизма в округе. Даже оборудование полностью не завезли. Все, что успели установить, демонтировали, потеряли двоих людей и уехали в более спокойное место. Несколько лет станция была необитаема. Потом пришли мы.
– Значит, боевой составляющей в системе безопасности помещения нет, и раньше она не предусматривалась.
– Только то, что сделали мы.
– Тогда нужно срочно принимать меры. Проверить периметр. Найти слабые места и подготовить заслоны, которые должны получить точные инструкции на случай тревоги. Не спускать глаз с мониторов наблюдения. Может быть, даже посадить к дежурному помощника. И держать наготове тревожную группу. Не в кроватях, а в холле у телевизора или прямо в кабинете дежурного.
– Хорошо. Я сейчас займусь, – хмуро сказал подполковник, поднимаясь.
– Я еще не закончил, Александр Игоревич. Это только первый из возможных вариантов. Есть и другие, на мой взгляд, даже более реальные…
Лагун снова сел и молча, даже угрюмо ждал продолжения.
– Второй вариант. Командир у бандитов опытный и осторожный. Он не хочет рисковать своими людьми, тем более что местные жители боевой подготовки не имеют. А командир знает, что для штурма любого укрепления, по теории военного дела, необходимо минимум трехкратное преимущество в силах. А у него такого преимущества нет. Но он предполагает, что мы сами можем пойти к ферме и атаковать его, надеясь не на трехкратное преимущество, которого у нас тоже нет, а только на внезапность. Что он предпримет?
– Что он предпримет? – Голос Лагуна звенел, как гитарная струна, готовая лопнуть. Он явно крайне остро переживал ситуацию, в которой оказался.
– Он просто заминирует подходы. Там, среди скал, выставить минное заграждение несложно. «МОН-100» или «МОН-50» с дистанционным управлением при продвижении по узкому коридору в состоянии полностью уничтожить весть наш отряд. А если у главного бандита есть под рукой серьезный специалист-минер, он может выставить мины-ловушки. Боевики очень их любят. По крайней мере, в Чечне и Ингушетии часто их применяли. В Дагестане, правда,