Библиотека

Ядовитый полигон стр. 83

Размер шрифта
-
+
Тема

Пехлевана, а на меня посматривали с чувством торжества и превосходства. Невозмутимость в ситуации соблюдали, как мне показалось, только я сам и мои сопровождающие – Илдар и его отец Абумуслим Маналович. Хотя их невозмутимость, в отличие от моей, носила мрачноватый характер. В мою возможность что-то противопоставить Пехлевану не верил никто.

Но, главное, что в это верил я. Более того, я был уверен в себе.

Мы остановились на одном узком крае овала. Пехлеван, приветственно поднимая обе руки, прошел круг и остановился у другого края, с противоположной стороны. Бронежилет с разгрузкой я оставил в отведенной мне комнате. Здесь же снял с себя бушлат и пистолет-пулемет, передав все это в руки Илдару.

–  Трубка в кармане, если понадобится позвонить, – предупредил я Абумуслима Маналовича.

Старик молча кивнул и показал мне, что Пехлеван в одиночестве пошел на середину поляны. Значит, и мне следовало идти. Я пошел. Мы остановились друг от друга в трех шагах.

–  Я знаю, что даже бои без правил имеют свои правила, – сказал я громко, чтобы было слышно всем. – Какие правила мы с тобой будем соблюдать?

–  Какие хочешь, – самоуверенно и даже надменно сказал противник. – Я тебя уничтожу по любым правилам.

–  Хорошо. Попытайся. Только я тоже очень постараюсь, – я соблюдал невозмутимость. – Будь готов к этому. Правила установим простые: не пинать в пах и не таскать, как бабы, друг друга за волосы, поскольку мы мужчины. Все остальное разрешается.

Второе условие было, скорее всего, лишним, поскольку и он, и я были подстрижены так коротко, что ухватиться за волосы можно было разве что кончиками пальцев. Таскать человека за такие волосы или просто придержать, ставя в более удобное положение для удара, было невозможно.

–  Согласен, – Пехлеван сердито снял с себя камуфлированную куртку и обнажил мощный волосатый торс. Когда он был в одежде, казалось, что Пехлеван даже животик нарастил. И только без одежды стало видно, что это не животик, а мощнейший брюшной

пресс, которому позавидует любой культурист. – Еще одно условие: победитель имеет право добить противника. Что хочет, то и делает с пленным. Хоть на костер его кладет.

Он проверял мою решимость. Но решимости мне было и без того не занимать, иначе я на схватку бы не напрашивался.

–  Согласен.

Пехлеван и этим не удовлетворился. Ему хотелось запугать меня, придавить до того, как мы сойдемся вплотную. И потому следующее его условие прозвучало уже с откровенными угрожающими нотками:

–  А если нет желания добивать, можно в плен взять.

Меня его настойчивость даже обрадовала.

–  И на это согласен. Только что я с таким пленником делать буду? У меня теперь в распоряжении нет взвода, чтобы караул выставить.

Голос показал, что противник мой обескуражен тем, что его угрозы не действуют.

–  Пленник дает слово не сопротивляться. На свое слово я надеюсь.

–  Я на свое – тоже…

Пехлеван был уже готов к схватке. Пора было и мне подготовиться окончательно.

Изначально я раздеваться не хотел, но подумал, что, оставшись в куртке, дам противнику дополнительную возможность совершить захват. Хотя он не самбист и не дзюдоист, но что такое возможность захвата за одежду, понимает наверняка. И лучше не давать ему тех возможностей, которых можно избежать. Все же я относился к противнику серьезно, хотя и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.