Библиотека

Игра в кубики стр. 73

Размер шрифта
-
+
Тема

тех кроссовках, те дома стоят, под вешалкой, мне их даже вымыть некогда было… Если их найдут – а их, конечно же, непременно найдут, что там искать, их никто не прятал… если найдут, станет ясно, что я была в Новинках. Но я же этого не отрицала! Я там была, мы с Максимом там встретились, он шел от постоянного клиента, которому капельницы делает… он мне сам позвонил, спросил, где я, сказал, что надо поговорить… черт, а я не помню, что было потом… – она обхватила руками голову и застонала. – Я не помню… даже не помню, о чем мы говорили… но занозу я вынимала точно до того, как Максим пришел, потому что он опоздал, а я его ждала, вымокла еще вся… черт… что же теперь будет?

Сон сморил ее к утру, Вика так и уснула сидя, поджав под себя ноги и прислонившись спиной к стене. Снилась мама Света, сидевшая за пианино, Вика очень ясно видела ее руки с тонкими длинными пальцами, словно порхавшие над клавишами и извлекавшие из них поистине волшебные звуки. Но вскоре идеальное звучание пианино прервал резкий, неприятный звук, похожий на скрежет заржавевшего замка, и мужской голос:

– Завтрак!

Никакого завтрака Вика не хотела, одна только мысль о том, что придется прикасаться к металлической тарелке и алюминиевой ложке, вызвала у нее тошноту.

Окошко захлопнулось, но мир Викиного сна уже был разрушен окончательно. Она встала, с отвращением сунула ноги в шлепанцы и прошлась по камере от окна к двери, разминая затекшее от неудобной позы тело.

«И что теперь? – думала Вика, расхаживая туда-сюда по крошечному помещению. – Что будет дальше? Меня снова будут допрашивать, повезут куда-то? Как вообще все это происходит? И что будет с мамой Светой, когда она узнает? Очередной приступ, которого она не перенесет? А если и перенесет, то все соседи станут тыкать в нее пальцем и говорить, что она вырастила убийцу? Мол, что взять с детдомовской сироты? А я и детдом-то не помню… да что я вообще помню, если разобраться? Только медицину свою? Кому это теперь нужно? Буду на зоне в больнице работать, если разрешат? Господи, зачем это все, к чему, за что? Понять бы…»

От обеда она тоже отказалась, как и от прогулки, сославшись на отсутствие обуви.

– Ну, родня принесет, – сказал в окошко контролер, но Вика покачала головой:

– Нет у меня родни, а тетка в больнице, в тяжелом состоянии.

– Тогда беда, – вроде как даже посочувствовал он. – Ты с следователем поговори, может, придумаете что-то.

– Она мне подруга, что ли, выходы придумывать? – зло огрызнулась Вика и

тут же смутилась: – Извините… я просто… я никогда раньше в такой ситуации не оказывалась, не знаю, как себя вести…

– Ничего, обвыкнешься, – успокоил контролер, закрывая окно. – А от еды не отказывайся, голодовок у нас не любят, враз в лазарет оттартают и через зонд кормить будут.

«Да, похоже, это совет дельный, – подумала она, снова забираясь на нары с ногами. – Зонд в этих условиях вещь совершенно лишняя, придется себя как-то пересилить».

День заканчивался, а Вику никуда не вызывали, казалось, до нее вообще никому нет дела.

«Не торопятся задержанную маньячку допрашивать, – грустно веселилась Вика, продолжая измерять шагами камеру. – Или это тактика такая – сперва довести

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.