Игра Хаоса стр. 124
некоторых нельзя убить дважды. Когда я сдохну и окажусь у Колеса Судеб, мне должны немало грехов списать за то, что эта тварь не поганит больше Вселенную. Та дуэль не была обязательной, да и уровень у жабы был не на пару ступеней выше моего, а на все пять, потому он на дуэль и согласился. Я сам вызвал на бой мерзкую гадину, когда увидел, как на рынке рабов он покупал детей. Не смог я себя сдержать, глядя на такое.
Дальше дорога шла спокойнее. Сульмар по-прежнему надоедал вопросами, но я просто перестал на них отвечать, и он наконец заткнулся. Прикупив у вездесущих торговцев
спиртным бутылку «Чёрной слезы», я, потягивая самогон, откинулся на подушки паланкина. Воспоминания сильно испортили мне настроение. Стараясь заглушить память, я и пил теперь крепкий самогон, а Сульмар разглядывал красоты нашего города.
Гориллоиды, несущие носилки ускорили шаг, выбравшись из многолюдных торговых рядов. Совсем немного осталось до верхней площадки, а там уже храм Хаоса, алтарь Смеющегося господина, и я попрощаюсь с Сульмаром. Может, навсегда, а может, на время, если ему повезёт пережить выпускной. Оставлю Сульмара, завершу работу — и можно вздохнуть свободно. А что дальше? Всё снова по кругу: бордель, выпивка, в лавку за новыми картами, распродать товар — и через месяц в новое путешествие, опять рисковать шкурой. Как же мне всё это надоело! И город этот проклятый, и рожи игроков, и Хаос вместе с ненавистной Игрой! Как же хочется пожить нормальной человеческой жизнью: построить дом, вырастить сад, жениться, наконец, и завести пятёрку малышей. Жить и радоваться каждому прожитому дню. Просто жить, просто любить, потихоньку старея в окружении любимых. Почему, лишь попав сюда, я начал понимать, насколько это важно?
Демоны Хаоса! Что-то я быстро трезвею. Проклятый метаболизм: из-за него даже напиться толком не получается, слишком быстро выводит алкоголь. Проклятье! Без выпивки я тут точно сойду с ума.
А может, послать всё к чёрту, и быть как все? Убивать без разбору, плыть по течению, не думая ни о чём, заглушая алкоголем и эмбиентом муки совести… Так, наверное, проще. А потом стать такой же мерзкой скотиной, которую сам когда-то убил. Ведь для игроков все остальные — это просто цели, мишени, уничтожив которые, можно получить эмбиент и дайны, подняться ещё чуточку вверх, а из чего сложена лестница — уже неважно. Ведь сверху все живые внизу кажутся только маленькими муравьишками. Можно забыть о том, что они живые, думают, чувствуют, у них есть души… Думает ли человек, идущий по дороге, о чувствах букашки? Он может пройти мимо, или просто её раздавить, или засунуть в коробочку и унести с собой. Разве кого-то это волнует? Он может так сделать — значит вправе так поступить. Вот и всё, просто и ясно. Но почему-то душа протестует против таких мыслей. Не могу я их до конца принять…
Размышления прервала остановка носилок. Выглянув, я увидел что мы добрались до верхней площадки. К самому храму гориллоиды не осмелились подойти: всем, кроме игроков, это запрещено. Опустив носилки, они терпеливо ждали, когда мы с Сульмаром выберемся наружу, а получив плату, поспешили вниз, поджидать нового клиента.
Подхватив Сульмара на руки, я торопливым шагом направился к небольшому чёрному