Именем Горна? стр. 158
воображение услужливо рисовало перед глазами болтающиеся трупы, оставленные на прокорм воронью.
В поселки не заглядывали, старались обходить их стороной, чтобы лишний раз не рисковать. Появление в простой деревушке такой странной компании не пройдет незамеченным, и если среди жителей найдется хотя бы один усмиец — Агон будет знать, где находятся беглецы.
Однако постепенно Ладомар и Старр пришли к выводу, что хотя бы в одну деревню заглянуть все же придется. Неизвестность пугала. Слухи летят по стране со скоростью ветра, и в поселке наверняка можно будет разузнать о том, что происходит в округе. А значит — подготовиться. Роль разведчика досталась конечно же Старру. Появляться в деревне воину Горна — это значит с шумом и гамом сжечь парочку Детей Усмия и на весь мир сообщить, где скрываются путники. Эйдор слишком неопытен, да при этом еще и анхорец, непривычный к быту простых людей. Вариант Лемиллы даже не рассматривался. Нет ничего более странного, чем выходящая из глухого леса одинокая красавица в охотничьем костюме. Тут и без слуг Усмия новость разлетятся быстрее ветра.
Эйдор удивился тому, как рыцарь воодушевился разведкой. Ладомар же прекрасно понимал чувства товарища. Тому хотелось приключений. Старр мечтал испытать себя в новой роли. Да и наверняка его грызло желание узнать, как живут его подданные под властью другого властителя.
Без доспехов рыцарь смотрелся как простой бродяга. Если не учитывать массивный шлем на голове — нищий да и только.
— Может быть, стоит его снять? — неуверенно спросил Эйдор, когда Ладомар и Старр зашагали в сторону деревни.
— Сниму, — глухо бросил рыцарь. — Вот только отойду подальше!
Паладин что-то неразборчиво фыркнул, хохотнул и более четко произнес:
— А что? Настоящий бродяга вышел бы! Вот не сказал бы Эйдор ничего — раскусили бы. Куда ж нам догадаться?
Юноша насупился, прочувствовав ерничанье воина Горна.
— Не обижайся на него, — заметил это Старр. — Поганый характер, но он на самом деле добрый. Просто старается казаться хуже, чем есть на самом деле.
— Ну ты-то помолчи, — немедленно возмутился Ладомар. — Шагай себе.
В лесу рыцарь стянул с себя шлем, передал его другу и, махнув рукой, не оборачиваясь, зашагал в лес.
— Почему он все время в шлеме? — немедленно спросил паладина юноша, едва Ладомар вернулся назад.
— Обет, — пожал плечами тот и поставил шлем друга на поваленное дерево. — Благородный человек обязан соблюдать обеты. Это закаляет душу, когда себя в чем-то ущемляешь.
— А у тебя какой обет? — заинтересовался Эйдор.
Воин Горна с удивлением пожал плечами:
— Какой есть, такой есть. Тебе зачем?
— Интересно…
Ладомар весело хмыкнул:
— У меня — безбрачие.
— Ого! — удивился юноша. — Ничего себе!
— Это удивляет анхорца? Следовательно, ваша страна ничем не лучше наших. — Паладин сел на бревно, высморкался на землю и сосредоточенно отер лицо сорванным листом лопуха.
— А разве это плохо?!
— Это мораль, юноша, — сардонически улыбнулся воин и отбросил скомканный лист в сторону.
— Не понимаю. Если люди любят друг друга, почему они не могут сыграть свадьбу?
— При чем здесь свадьба и обет безбрачия, Эйдор? — нахмурился Ладомар.
— Ну ты не можешь играть свадьбу, потому что у тебя обет безбрачия! — возмутился Эйдор. Паладин издевается?
— Вот