Имперский маг стр. 400
— Только на ситуацию, — повторил Гиммлер.
Я улыбнулся и сунул руку в шершавую холщовую темноту. Пальцы слепо ткнулись в деревянные пластинки. Когда достаёшь руну, следует представить себя на месте того, на кого гадаешь; учитывая недавний ментальный сеанс, для меня это не составляло труда. Я на ощупь извлёк три руны и разложил в ряд справа налево лицевой стороной вниз.Гиммлер нервно сцепил пальцы.— Ну что же, — бодро сказал я, — давайте посмотрим, что у нас получается.
Он поднялся и перешёл ко мне, чтобы видеть руны в правильном положении: при гадании решающее значение имеет положение знаков — прямое или перевёрнутое.Одну за другой я открыл руны.— Да уж…
— Что? Что такое? Так плохо?
У меня даже не возникло желания насладиться его беспомощным взглядом.— Ну, не катастрофически, конечно… но, скажем так, ничего хорошего.
Первой справа, той, что обозначает суть сложившейся ситуации, была перевёрнутая «Феу». Второй, той, что призвана дать совет о наилучшем образе действий, была тяжеловесная «Туризац», тоже перевёрнутая. Последней — и это было самое худшее, поскольку третья руна предсказывает дальнейшее развитие ситуации, — была Чистая Руна, непознаваемая Руна Одина.— Да… — Я потёр подбородок, размышляя над тем, как подоходчивей донести до шефа то, что я видел в этих рунах. В сущности, Гиммлер и сам неплохо разбирается в сакральном значении древних знаков, правда, Вайстор в своё время порядком задурил ему голову.
— Что это значит? — Гиммлер нервничал. — Да скажите же наконец что-нибудь. Материальные проблемы? Может, имеются в виду бомбардировки городов? А третья что — руны отказываются поведать о будущем?
— Не спешите, всё по порядку. Хочу лишь сразу отметить, рейхсфюрер, что вот этого безобразия, — я постучал пальцем по столу рядом с Чистой Руной, — ещё пару месяцев назад и в помине не было. О чём это говорит, как вы думаете?
— Вы наглец, Альрих, — огрызнулся он. — Не забывайтесь.
Два месяца назад, как мне помнилось, расклад был не так уж плох. Была там руна «Тивац», настойчиво требовавшая от Гиммлера решительных действий… впрочем, что теперь говорить.— Нынешняя ситуация двусмысленна, рейхсфюрер. Вероятно, вам кажется, что всё вокруг складывается лишь к вашей выгоде. Однако есть и другая сторона, далеко не столь блестящая. Пока вы её не видите, но в дальнейшем придётся столкнуться с большими затруднениями, напрямую вытекающими из сегодняшних благ.
— Уточните, — сухо сказал Гиммлер.
— Я не знаю, во что это воплотится. Это может быть какая-нибудь задача, с которой вы не справитесь, или, скажем, назначение на какой-нибудь пост, пребывание на котором поставит вас в крайне затруднительное положение… Наконец, это может