Йоханнес Кабал. Некромант стр. 121
из полицейского участка. Сходил
туда, услышав новости от доктора Гринакра.
— Те самые хорошие новости.
— Да.
Кабал выжидающе на него посмотрел, но никаких уточнений не последовало.
— Какие же?
— Простите, — сказал Барроу, качая головой и улыбаясь своей треклятой улыбкой. — У меня
очень странное предчувствие, что вы и так уже знаете.
— Знаю что? — спросил Кабал, заранее зная ответ.
— Ребёнок оправился.
— Оправился от смерти? Любопытно. Дети такие живучие.
— Начнём с того, что доктор полагает, что ребёнок и не умирал, и что ядом оказался наркотик,
вызывающий кататоническую кому. Как вам такое?
— Ну надо же. А что с девушкой?
— Я не юрист, так что точно не знаю. Возможно, её привлекут к суду за покушение на
убийство.
— Вы сказали "возможно"?
— Да, когда я приехал, в полицейском участке было довольно суматошно. Её показания
потерялись.
— Неужели?
Кабал осторожно перевёл вес с одной ноги на другую. Ему не хотелось, чтобы контракт и ещё
один документ, который он унёс из участка, вдруг зашуршали друг о друга.
— Речь о показаниях, в которых она признаёт свою вину?
— Да. Странно это. Без показаний её не признают виновной, потому что теперь она всё
отрицает. И всё
же, возможно, это маленькое приключение приведёт её в чувство. Она не злодейка,
просто не смогла справиться с ситуацией. Она чувствовала себя несчастной и держала всё в себе.
Теперь, когда люди знают об этом, ей помогут. В Пенлоу очень тесные отношения, —
многозначительно закончил он.
"Тесные, — подумал Кабал, — задохнуться можно".
Он заметил, что Барроу смотрит куда-то мимо него и проследил за его взглядом.
— Как правило, животных я люблю, — сказал Барроу, — но в воронах есть что-то пугающее.
Вороне, видимо, наскучило болтаться по ярмарке и она решила исследовать город. Она сидела
неподалёку, на стене, которая как-то сразу потускнела. Она посмотрела на них, сначала левым глазом,
потом правым. Затем, чтобы показать, что отличается от других ворон, снова посмотрела левым.
— Эй, ворона, лети сюда, — сказал Кабал.
С радостным криком "Кар!" птица вспорхнула со стены, и, хлопая крыльями с шумом большим,
чем орнитоптер, сделанный из складного зонтика, приземлилась ему на плечо, и самодовольно
огляделась.
Барроу был впечатлён.
— Никогда бы не подумал, что вы ладите с животными, мистер Кабал.
— Вовсе нет.
Он наклонил голову вбок, к вороне, которая только что хотела клюнуть его в ухо, но тут же
передумала.
— Есть два способа заставить животных подчиняться. Первый — с помощью доброты, но...
Он грозно посмотрел на ворону. Почти непреодолимое желание улететь вместе с его славными
блестящими очками внезапно испарилось. Вместо этого она попыталась выглядеть очаровательной,
безобидной вороной, которая не собирается воровать очки. Вышло так себе.
— ...есть и другой способ, — мрачно закончил Кабал.
— Жестокость? — неодобрительно спросил Барроу.
Кабал искренне удивился.
— Нет, — ответил он. — Угрозы.
— Я думал, угрозы — для трепачей и трусов.
— Да, когда имеете дело с людьми. Однако животные, кажется, воспринимают их как есть. —
Барроу удивлённо на него смотрел.
— Ну, или я так понял, — немного нерешительно закончил