Йоханнес Кабал. Некромант стр. 131
придурок
с топором — вот о чём стоит побеспокоиться". Он попытался представить, как Кабал нападает на него
с топором, с ножом, с ломом, — и улыбнулся. Мистер Кабал, с его-то холодным умом, ведёт себя по-
бандитски? И правда смешно. Затем он вспомнил мёртвый, застывший взгляд Кабала, когда тот
увидел Леони, — и ему сразу стало не до смеха. Через поля до него долетели звуки балаганной
каллиопы: противные, издевательские ноты. Барроу понял, что музыка заиграла в тот самый момент,
когда зашло солнце. Он этому ничуть не удивился.
* * *Не обращая внимания на каллиопу, Кабал продолжал насвистывать мелодию задом
наперёд. Да
как же она называется?
— Я рад, что ты так думаешь, — сказал у него за спиной Хорст.
Кабал обернулся, свист замер у него на губах.
— О чём это ты?
— Ты насвистываешь "Счастье вновь пришло в наш дом" из фильма "В погоне за радугой". У
тебя какое-то извращённое чувство юмора. — Хорст надел пальто и цилиндр. — Прощу прощения, но
мне не слишком нравится здешняя обстановка.
Дверь открылась и закрылась, а Йоханнес Кабал снова остался один, во всех смыслах этого
слова.
Он с недоверием посмотрел на свои станы. Наклонился и поставил палец на первую ноту.
— Сча-астье вновь при-ишло в наш дом, — тихо пропел он, ведя пальцем от ноты к ноте.
Да, Хорст абсолютно прав. В порыве внезапного отвращения он вырвал страницы с мелодией и
швырнул в корзину.
— Очень смешно. Обхохочешься.
Надев пальто и шляпу, он вышел искать Хорста. Где-то слышался чей-то смех.
Своим широким шагом Хорст расхаживал между палатками, павильонами и аттракционами,
намеренно не обращая внимания на рабочих, что подходили к нему за разъяснениями некоторых
пунктов в недописанных им планах. Йоханнесу не составило труда его отыскать; он просто пошёл по
следу из недовольных людей с поникшими клочками бумаги в руках. Кабал нагнал Хорста у
"Египетских тайн", где его умудрилась задержать Клеопатра. Подойдя ближе, он услышал, как та
распинается.
— Что это тогда, а? — завопила она, размахивая листом бумаги у Хорста под носом.
— Твой новый сценарий, — с несвойственным ему раздражением сказал Хорст. — Выучи его.
Сейчас же.
— Со старым чё не так было?
Она сменила пластинку, и её голос зазвучал чувственно и медоточиво.
— "Имя мне", — эти слова она прошептала, и с многозначительным видом продолжила, —
"Клеопатра, царица Египта, владычица Нила. Идём со мной, и познаешь ты удовольствия... и ужасы
древнего мира".
Меньше чем за секунду из знойной соблазнительницы она обратилась в торговку рыбой из
района Биллинсгейт.
— Во как! Чё не так было, а? В смысле, обалденный же был текст. А теперь ты мне эту дрянь
всучил?! — Она замахала листом бумаги у него перед лицом. — Что за чушь про династии какие-то?
Людям про такое неинтересно. Им про оргии подавай, про убийства, да про то, как мозги через
ноздрю вытаскивают.
Хорст никогда не был груб с женщинами. К несчастью для Клеопатры, она мало того что
определённо не была женщиной, но даже технически не могла считаться человеком.
— Заткнись, — холодно прошипел Хорст. Он заговорил прямо как брат. —