Йоханнес Кабал. Некромант стр. 172
всё слабее и слабее, он подумал о
том, что там ему и следует сейчас быть.
К счастью, Сатана подумал так же.
* * *Пахло травой и деревьями, слышалось пение птиц и журчание реки неподалёку, на лице
чувствовался лёгких ветерок, который ворошил его волосы и уносил куда подальше въевшийся в
одежду запах серы. Он сделал долгий, очень глубокий вдох, задержал дыхание на несколько секунд, и
выдохнул. Он открыл глаза. Он стоял на тропинке посреди долины, на холме над ним была видна
роща деревьев, справа от него, меньше чем в сотне шагов, текла река. Он точно знал, где находится: в
двух милях позади находилась деревня, в миле впереди его дом. Он сделал шаг вперёд.
Было уже далеко за полдень, и он не спеша наслаждался прогулкой, ощущая каждый камень
под ботинками, останавливаясь, чтобы посмотреть на облака и птиц, летящих высоко над головой. Он
улыбнулся, и улыбка его выражала только чистое наслаждение. Он продолжил путь.
Он резко остановился и улыбку с его лица словно ветром сдуло. Одна из птиц вела себя очень
своеобразно: кружила и кружила в воздухе — вне поля зрения, за поворотом, что-то лежало.
Здоровенная несуразная птица — не дрозд, но тоже чёрная — вдруг каркнула. День перестал казаться
таким уж приятным.
Кабал обогнул поворот и обнаружил, что ворона кружит над валуном, лежащим на склоне
холма у тропинки. На нём сидели Дензил и Деннис и играли в импровизированную версию игры
"Камень, ножницы, бумага", которую придумал Дензил: "Камень, ножницы, бумага, динамит, вдарь
Деннису по роже". Судя по состоянию носа Денниса, играли они уже долго.
Деннис первым заметил Кабала и повернул к нему то, что осталось от его лица. Он попытался
улыбнуться, и вокруг его рта пошёл трещинами лак. Дензил не упустил возможность сделать
коварный победный ход в их игре и резко ударил Денниса в голову. Со звуком, как будто били по
мешку соломы, Деннис завалился набок. Ворона круто спикировала на землю и с надеждой
вприпрыжку неслась по траве к Кабалу. Он посмотрел на неё. В его взгляде не было теплоты.
— В тебе же нет ни капли стиля, — сказал он ей. — Была бы ты вороном или грачом...
— Кар!
— ...или пингвином. Я бы так не привередничал.
Он посмотрел на ворону, ворона в ожидании посмотрела него.
— Ну ладно, ладно, — сказал он наконец и похлопал себе по плечу.
В компании спорящих мертвецов и вороны, которая удобно на нём устроилась, Кабал
направился к дому, но энтузиазм его поугас.
Тем не менее, даже несмотря на непрошеных попутчиков, он не мог не почувствовать
некоторое удовольствие, увидев свой дом, когда они наконец до него дошли. Высокий дом торчал из
склона холма, как будто всегда там был, хотя построен был всего лишь в средневикторианскую эпоху.
Тёсаные камни, из которых он был построен, закоптились, хотя ближайшая заводская труба
находилась более чем в тридцати милях отсюда. Принимая во внимание, что ближайший сосед жил в
трёх милях от дома Кабала, если пройти по тропинке назад, то садовая ограда и ворота казались
неуместными. В конце концов, весь склон холма можно считать садом. Кто-то бы так подумал и был