Искатель. 1967. Выпуск №6 стр. 179
сенью листвы, с благодарностью окунулся в живительную прохладу. Боль раздирала его мышцы, легкие жгло огнем, в горле словно спекся ком дорожной грязи.
Немного отдышавшись, он отхлебнул из фляжки и лег в прохладной тени без мыслей, без чувств, без движения. Откуда-то сквозь туман забытья донесся до него голос Райта:
— Хоть вы и полнейший болван, Стронг, но древоруб вы замечательный!
Он был слишком измучен, чтобы ответить.
Постепенно, капля за каплей, к нему возвращались силы; он встал на ветви и выкурил сигарету. Потом взобравшись повыше, он принялся внимательно осматривать ветви. В общем-то он и не ждал, что найдет ее там, но, прежде чем приняться за вершину, он должен был знать, что ее там нет.
Птицы-хохотушки таращили на него глаза-полумесяцы. Зеленые беседки были усыпаны цветами. Под слабым ветерком тихо дрожали обрызганные солнцем листья.
Он хотел позвать ее, но не знал ее имени. Если оно вообще у нее было. Странно, что он не догадался спросить, как ее зовут. Он разглядывал причудливые изгибы ветвей, невиданные узоры из листьев.
Верхушка дерева была пуста — нигде не было ни ее лица, подобного цветку, ни ее сотканной из листьев туники, ни ее тонких ног и рук цвета спелой пшеницы, ни ее золотых как солнце волос. Он не мог сказать, что он почувствовал, не найдя ее, — облегчение или разочарование. Он боялся найти ее. Ведь окажись она на вершине дерева, он не знал бы тогда, как поступать дальше. Но теперь Стронг понял: точно так же он боялся ее не найти.
— Мистер Стронг! Вы прощаетесь со своей дриадой?
Вздрогнув, он посмотрел вниз на площадь. Трио — Райт, Сухр и Блюскиз казались отсюда микроскопическими, едва различимыми точками.
— Осматриваю ее, — ответил Стронг. — Я имею в виду вершину. Здесь около девяноста футов; вы справитесь с ней, если я срежу ее целиком?
— Рискнем, мистер Стронг. Но я хочу, чтобы вы, пока позволит диаметр, разрезали верхнюю часть ствола на «бревна» длиной по пятьдесят футов каждое.
— Тогда готовьтесь, мистер Райт.
Ему показалось, что, падая, вершина склонилась перед небом в прощальном поклоне. Птицы-хохотушки выпорхнули из листвы и алой искоркой мелькнули к горизонту. Вершина поплыла к земле, точно зеленое облако, и летним ливнем зашумел рассекаемый листьями воздух.
Дерево затряслось, как плечи рыдающей женщины.
— Блестящая работа, мистер Стронг, — услышал он немного погодя голос Райта. — По моему приблизительному подсчету, вы сможете теперь нарезать одиннадцать пятидесятифутовиков — больше не получится из-за возрастающего диаметра ствола. Потом вы должны будете отрезать два «бревна» по сто футов. Если вы сделаете это как следует, то, упав, они не доставят нам никаких хлопот. А потом вам останется только свалить последние двести футов основания, но так, чтобы его верхняя часть легла на одну из улиц деревни; когда вы спуститесь, мы обмозгуем, как это сделать получше. Таким образом, вам предстоит пустить в ход ваш резак еще четырнадцать раз. Как, по-вашему, вы успеете кончить сегодня?
Стронг взглянул на часы.
— Сомневаюсь, мистер Райт.
— Если успеете — прекрасно. Если нет — в нашем распоряжении еще целый завтрашний день. Пожалуй, не стоит испытывать судьбу, мистер Стронг.
Первое пятидесятифутовое «бревно», спикировав, ударилось о черную землю площади и, секунду постояв вертикально, завалилось набок. За ним последовало