Искатель. 1970. Выпуск №3 стр. 149
последний момент сбежал.
— И не Салаши вовсе, и не в Будапешт! Колесников тайно проник в подземный завод, где изготовлялись детали для ракет ФАУ, и взорвал его.
— Рабочим, что ли, устроился там?
— Еще чего! Инспектировал все подземные заводы в Австрии! Прибыл туда под видом личного представителя Геринга.
— Рассказывают… — Храп водителя помешал разобрать слова.
— И опять ничего похожего! Наш он — красноярский! Мне и деревню называли, откуда он, только вылетело сейчас из головы.
Еще нескольких слов не расслышал гвардии майор. Потом:
— Ну, конечно. Силищи медвежьей, неимоверной. И ростом — великан.
Даже великан? Гвардии майору вспомнился худой, невысокого роста, измученный до крайности седой человек, который, подняв руку, остановил его самоходки на шоссе перед рекой Эннс. Майор хотел было вмешаться в разговор соседей, сделал даже движение, чтобы вылезти из машины, но раздумал.
Творится фронтовая легенда…
«ДАЖЕ МЕРТВЫЙ — В СТРОЮ!»(Окончание письма бывшего командира отдельного гвардейского дивизиона самоходных орудий бывшему командиру отряда разведки)
«…и внешне, как видите, представал в их воображении великаном, богатырем, хотя то, что произошло с ним в действительности, может, несомненно, затмить любой вымысел.
Я получил об этом некоторое представление еще 8 мая, когда, полностью выполнив поставленную передо мной командованием задачу, — найдя Вашего разведчика и узнав от него о судьбе сверхсекретного объекта, —
вез Колесникова из Штернбурга в штаб своей войсковой части. (Тов. Колесников в категорической форме потребовал, чтобы его доставили сначала туда, а потом уже в госпиталь. Правда, первую помощь ему оказал наш фельдшер.) По дороге он несколько раз впадал в беспамятство из-за крайнего истощения и, видимо, боясь, что мы не успеем довезти его в штаб живым, вкратце и в довольно беспорядочной форме сообщил мне — для последующей передачи, — все, что касается этого нового отравляющего газа, действовавшего непосредственно на рассудок людей.
Мне все же удалось довезти Вашего разведчика до штаба. Там он пробыл недолго, и на моих глазах его увезли в полевой госпиталь, а я после этого вернулся в Штернбург.
Спустя несколько дней, к общему нашему сожалению, стало известно, что из полевого госпиталя тов. Колесников был отправлен на самолете в Москву, в специализированный госпиталь, но вскоре по прибытии туда умер.
Думаю, что иначе и не могло быть! Судя по тому, как он выглядел, Вашему разведчику пришлось слишком много перенести в плену. Нервная система его была вконец истощена.
Некоторым утешением для Вас, как его друга и бывшего командира, может, вероятно, служить то, что о нем не устают вспоминать до сих пор в наших войсках, и он, таким образом, продолжает как бы оставаться в строю — даже мертвый!..»
ВМЕСТО ЭПИЛОГА. КОЛЕСНИКОВ ПРОТИВ БЕЛЬЧКЕ1(Из ответа бывшего командира отряда разведчиков на письмо бывшего командира отдельного гвардейского дивизиона)
«…тогда же отправили Вам ответное письмо с благодарностью за обстоятельное описание интересовавших меня событии 8 мая 1945 года.
Сейчас, разыскав Ваш новый адрес, спешу, в свою — очередь, сообщить известие, которое Вас, несомненно, обрадует: разведчик Колесников жив!
Как я нашел его? Начну по порядку.
Не примите это за претензию, однако получилось так, что письмо Ваше (от 17 июля 1945 года — с описанием событий на шоссе) в какой-то степени дезориентировало меня — при всей своей обстоятельности, вернее, именно