Испытание молчанием стр. 92
да! – выдыхает Винни.
– Да уж! – тихо вторит Джей.
Он бережно прикасается пальцем к линии, наблюдая за лицом Винни.
– Чувствуешь боль или онемение?
Она качает головой.
– Как новенькая! – Сказав это, Винни ощущает покалывание в затылке от какого-то воспоминания. Словно она когда-то уже себя так чувствовала… и что это вообще-то не первый раз, когда она быстро исцеляется и чувствует себя непобедимой.
Она покусывает губу:
– А мы раньше так не делали?
Его брови вопросительно поднимаются.
– Как не делали? Не сидели так близко друг к другу, что если зайдет Лиззи, то подумает, что мы тут э-э…
Он не договаривает – да и ни к чему. Но вместо того, чтобы отдернуть ногу и отодвинуться, Винни только смеется. Потом хлопает в ладоши.
– Вот ужас-то был бы, да, Джей? Особенно учитывая, – она наклоняется к нему, понижая голос, – что все и так считают нас парой.
Джея это откровение, очевидно, не впечатляет. Наверное, сплетни уже дошли и до него.
– Думаю, пора нам отправить тебя домой, в твою собственную постельку, Винни Среданс. И так, чтобы мама ничего не заметила.
Он вскакивает на ноги с плавной непринужденностью дикого животного и протягивает ей обе руки.
Винни хватается и позволяет Джею себя поднять.
– Так тебя это не парит? То, что меня считают твоей девушкой?
– Нет. – Он отдаляется, подходит к тумбочке и берет с нее очки Винни, с которых все еще свисает неопреновый ремешок. – А почему это должно меня парить?
– Ну меня вот парит.
– А-а-а. – Он крепче сжимает очки. – То есть быть моей девушкой – так ужасно?
– Да. В смысле – нет. – Лоб Винни морщится едва ли не со скрипом. Потом она качает головой и выхватывает у Джея очки. – В смысле – да, это было бы ужасно.
Его ноздри раздуваются.
– Это еще почему?
– Потому что… – Теперь сжатые губы Винни сдвигаются на сторону. Джей реагирует не так, как она ожидала. Ей вообще начинает казаться, что она задела его чувства. – Ну, потому что я тебе не нравлюсь.
– Конечно, ты мне нравишься, Винни.
– Так ведь не в этом смысле. – Винни срывает неопреновый ремешок с очков и пристраивает стекла на нос.
Лицо Джея кристаллизуется перед ней, неожиданно свежее после всего, что ему пришлось для нее сделать минувшей ночью.
А еще он выглядит удивительно серьезным, и Винни внезапно ощущает, что ступила на опасную территорию. Как нон, пробирающийся в лес после заката.
Ее сердце начинает громко стучать.
– Я ведь тебе не нравлюсь в этом смысле, Джей, правда? Не в том, как все думают.
– А может, – парирует он, – это я тебе не нравлюсь в этом смысле, в смысле не в том, как все думают?
Глаза Винни сужаются за стеклами очков. Похоже, кровь мелюзины помутила ей разум, потому что она никак не может взять в толк, что он такое сейчас сказал. Слишком много отрицаний, которые теоретически могут все вместе выражать утверждение. Или не могут?..
И кажется, чем дольше она щурится на Джея, тем меньше она видит. А он продолжает себе смотреть на Винни прохладными в приглушенном занавеской свете глазами.
– Винни…
Винни приходится преодолеть ком в горле, прежде чем ей удается вымолвить:
– Что?
Вот теперь ее сердце колотится вовсю.
– Если бы я тебя