Юрьев день стр. 160
конечно, понимаю, что ты шутишь, но и ты меня пойми. Меня от этих рож скоро тошнить начнет! И каждый ведь именно с императорского величества и начинает.
- Хорошо, учту. Просто «вашество» тебя устроит? Тогда еще один вопрос - на кого ты свой воздушный флот оставишь?
- Да, неохота, но придется. Думаю, Александр Федорович будет самой подходящей кандидатурой.
Я поначалу хотел возразить, что Можайский уже старый и, наверное, скоро помрет, но потом решил, что еще не факт. Это он в другой истории помер, там у него под конец жизни шли сплошные расстройства, а я по своему недавнему опыту знал, что от них и молодой да здоровый может слечь. Сейчас же Александр Федорович - успешный авиаконструктор, особых причин горевать у него нет, так что, может, он и проживет здесь подольше, чем там.
- Правильно, Можайский - самая подходящая кандидатура и по опыту, и по званию, а Нефедов пусть продолжает командовать особым отрядом. Пока он один, получается дублирование начальственных функций, но это означает только то, что не надо тянуть с организацией второго отряда.
- Я думал сделать немного иначе, - возразил Николай. - Все-таки аппараты тяжелее и легче воздуха - они разные по природе своей. У них и приемы пилотирования сильно отличаются, и обслуживание тоже. Поэтому предлагаю их разделить. Пусть аэроотрядом продолжает
командовать Нефедов, авиаотряд же возглавит Кованько.
- Тоже неплохо.
Николай прошелся по кабинету, но на очередном шаге вдруг встал и скривился.
- Спина? - догадался я. - Что Боткин говорит?
- Что оно еще месяц может причинять неудобства. Да оно и понятно - ребру же полный покой не обеспечишь, оно постоянно двигается при дыхании, а это препятствует заживлению.
- Сам догадался или Евгений Сергеевич сказал?
- Сам, - подтвердил брат.
А у меня все-таки были сомнения. В медицине я, может, и не полный ноль, но явно где-то близко. То есть хоть
что-то знаю только о тех болезнях, которые были у меня самого, и в меньшей степени - о тех, коими страдали близкие люди. Так вот, ребра за всю первую жизнь я ломал два раза и сейчас не припоминал, чтобы они у меня болели больше месяца подряд. Так, где-то неделю с небольшим неприятно, а потом уже при неосторожных движениях так резко, как поначалу, уже не дергает. Да и у Ники не перелом, а, по словам Боткина, только трещина. Правда, рентгена тут нет, так что доктор может и ошибаться.
- Я с тобой от еще о чем хотел поговорить, - продолжил тем временем брат. - Все, что я сейчас делаю, это суета. Но ведь нельзя же за ней потерять действительно важные задачи! Давай подумаем, в чем могут состоять первоочередные из них. Те, которые нельзя откладывать. У тебя какие-нибудь соображения по этому поводу есть?
- В общем, да. Мне кажется, что тебе следует составить три типовых речи. Одну для произнесения перед консервативными слушателями, другую перед умерено либеральными, и третью - перед такими же, но неумеренными. К новому государю всегда внимательно прислушиваются. Всем интересно, что он скажет. Вот, значит, дабы не ляпнуть что-нибудь необдуманное, типовые речи лучше составить и выучить заранее.
Для Николая подобный подход