Иван Грозный и Девлет-Гирей стр. 160
Ивана Юрьевича Булгакова Голицына да князь Ондрея Васильевича Репнина. А на Коломне был Офонасей Колычов, збирал детей боярских…». Опричные полки также выдвинулись непосредственно на «берег», в район Калуги. Утром 22 мая Иван Грозный получил весть от воеводы И.В. Меньшого Шереметева из Каширы, что «…пришли на резанские и на коширские места крымские и нагайские многие люди…». Позднее выяснилось, что многотысячную татарскую рать (взятые «языки» показали, что в ней было 50—60 тыс. всадников — безусловно, преувеличение, однако тем не менее пришедшее на государеву «украйну» крымская «сила» и в самом деле была немалая) возглавляли дети Девлет-Гирея — калга Мухаммед-Гирей и Алп-Гирей. Спешно завершив прием литовских послов, Иван IV выехал в Коломенское, «а перед собою отпустил бояр своих и воевод на берег князь Петра Семеновича Серебряново да Петра Васильевича Морозова» {257} .
Однако до серьезной схватки дело не дошло. Опричный воевода, окольничий Д.И. Хворостинин вместе с другим опричником, воеводой Ф. Львовым, 21 мая «сошлися… с крымскими людьми в ночи, и крымских людей побили, и языки многие поймали, и полону много отбили» {258} . Очевидно, Хворостинин атаковал один из больших татарских отрядов, распущенных «царевичами» воевать окрестности Рязани, и наголову разгромил его. Сумевшие избежать гибели или пленения татары добежали до лагеря основных сил, и «царевичи» решили не искушать судьбу, поспешно повернув обратно в Поле.
23 мая воевода М.И. Воротынский, стоявший со своим полком в Серпухове, получил весть о победе опричных воевод и поспешил отписать об этом в Коломенское Ивану IV. На следующий день царь, узнав о том, что татары отступили, повернул обратно в Москву. Интересно, что Девлет-Гирей попытался представить результаты весеннего набега своих сыновей на Русь как несомненную победу, рассчитывая тем самым оказать давление на Сигизмунда II и вынудить поднять ставки в «крымском аукционе». Вообще, история с этим набегом довольно загадочна. Немец Л. Шлихтинг, бежавший вскоре после этих событий из Москвы в Литву, в своих «Новостях» писал об огромном вреде, что нанес этот набег русским, и если сведения, доставленные пленниками более или менее верны, то его свидетельство можно признать достоверным. Как-никак, а пятьдесят или сорок тысяч татар должны были сильно опустошить рязанские и каширские волости. В таком случае мнение В.П. Загоровского, полагавшего, что воеводы, командовавшие войсками на «берегу» и в «украинных» городах, не проявили должной инициативы и упустили возможность нанести татарам серьезный урон, ошибочно. Ведь если татар было так много, то могли ли воеводы с теми немногими силами, что были в их распоряжении, согласно разрядным записям, успешно атаковать татар, не подвергнув опасности врученные им крепости и участки обороны на «берегу»? Вместе с тем характер действий татар, их быстрый отход после неудачи одного из их отрядов в стычке с Хворостининым, да и сам факт, что в набег вышли два «царевича», говорит о том, что их было меньше чем 50 или 60 тыс., и существенно меньше. Вот и остается гадать, что же произошло на самом деле, сколько было татар на самом деле и каким был ущерб, который они нанесли {259} . Пусть уважаемый читатель сам решит, кто прав, мы же склоняемся ко второму сценарию.
25 мая, по возвращении в столицу, Иван Грозный вместе с сыном Иваном Ивановичем «приговорил»