Библиотека

Иван Пророк ХХ века стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

пахан, стар, скоро того… а так ничего, неприсоединившийся.

В это время выше, за потолком взревел дерзкий летчик:

– Убью, вы-ыдра! Мы-мыло сварю!

– Шутничок, однако, мы-мылый, – подмигнув, Хам веселенько кивнул в потолок.

– С ума когда-нибудь сведет этот мылый, – со вздохом признался Неверов. Хам так и встрепенулся.

– Все будет сделано, мой академик. Уже не извольте волноваться. – Он так и пронзил Неверова сверлящими глазками и произнес как заклинание или заговор: – Все будет в законе, мы уже понимаем друг друга, мы – необходимы друг другу. Вы будете жить под моей эгидой: надежно, прочно, прогрессивно. Мы заключаем союз «Теопрак». – И вновь Хам перешел на игривый тон: – Этот, понимаете ли, летунчик, – он ткнул большим пальцем вверх, – в первой молодости перегнил сифилисом, а теперь бесплоден, а по незнанию обвиняет свою молодуху… Вот что, – Хам хлопнул в ладоши и потянулся к телефону так, что было ясно – просит услужить, пододвинуть аппарат. – Мы этого друга отправим на полгодика к товарищу… короче, полечим от алкоголя – любого из них от алкоголя лечить можно, столетие даром не прошло. А за это время его молодушка пойдет на поправку. Вот и счастливы будут. Отличненько! – И Хам с остервенением, точно вонзая остренький полированный пальчик в гнездышки, начал вращать номерной диск телефона…

Неверов, уже задумчивый, вышел на кухню, а Хам, поигрывая голосом, покашливая и усмехаясь, то и дело перекидывая одну ногу на другую, вопил в трубку:

– Король, Король, мой милый Король! Я от Дантона. Забери ты этого затруханного алкаша! Да нет, не Дантона, а над – летунчика, пилотика. Ну да, мешает, пьет, бабу бьет, шумит… Ради науки – увези. А мой академик объяснит ей теорему Безу… Хи-хи-хе, – радостно повизгивал Хам. – Адресок? Улица Альберта, ну да, Эйнштейна, дом 44-бланш, квартирка над нами. А кто над нами вверх ногами, – пропел Хам. – Квартирка 13, хорошая цифирка… И чтобы до обеда, – коротко и строго заключил Хам.

К тому времени Неверов сел работать, и Хам тихо положил трубку, тихо собрал посуду со стола, понес на кухню с тихим ворчаньем:

– Дуреху заставить хоть посуду мыть, не мне же этим заниматься.

Вполне довольный собой, Хам мирно отдыхал на диване, когда в квартире 13 уже завязалась приглушенная возня. Летун пьяно возмущался, его женушка беспомощно всхлипывала, а залетный мужской голос внушительно ворковал:

– Не волнуйтесь, товарищ, не волнуйтесь, гражданочка. Медицинское освидетельствование – ни больше ни меньше… Вот вам, прошу, милая, документик под круглой, под гербовой, значит, печатью – под гербовой! – там и адресочек… Товарищ, товарищ, вы же советский гражданин, прошу не сопротивляться, иначе я велю применить силу, силу закона…

«Ах, Король, какая оперативность! Наверно, погоняли машину с сиренкой. Ах, Король, умница Король!» – восхищенно соображал Хам, под нос себе мурлыча песенку:

– Ах, Лондон-папа, Одесса-мама и теща дерзкая – Москва…

3

– Послушай, Хам, – как-то вечером, досадно морщась, обратился Неверов. – Может, мне жениться? Ведь и так бывает… Плакала, говорит, что у нее «того». – И Неверов нелепо провел ладонью вниз от солнечного сплетения.

Хам, визгнув, так и подскочил на стуле.

– Что за детство! Что за ребячество! За что, за что на мою голову контузии!.. Как говорил наш уважаемый Самуил Кант – блеф! Во-первых, Катька в законном гражданском браке, а законы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.