Иван Украинский стр. 96
лиственному лесу, с которого глубокая осень сбросила листву и наполнила его сыростью и холодом. В лесу у стволов деревьев на привязи находились кони кавалеристов.
На автомобиле с открытым верхом, в туго перетянутой широким ремнем шинели и в островерхом шлеме, стоял двадцатисемилетний полководец с усталым, непроницаемым лицом, погруженный в нелегкие раздумья. А почти вплотную к нему, расположившись в четырехугольное каре, колонна за колонной заняли места красноармейцы и командиры. Полк Украинского, правофланговый в своей дивизии, находился в самом центре построения и его бойцы, пожалуй, лучше, чем кто‑либо другой, могли воочию разглядеть, какие чувства переживал их талантливый, но в польской кампании несчастливый командующий.
Словно сбросив тяжелый груз, Михаил Николаевич высоко поднял правую руку, призывая к вниманию, и начал говорить:
— Товарищи, красные герои! Гражданская война и война с Польшей закончились на всех фронтах. В Черное море сброшен барон Врангель. И лишь на Дальнем Востоке еще не выбиты японские захватчики и их белогвардейские холуи. Да у нас с вами здесь, на западе, в Белоруссии и на Украине остались две острые занозы — бесчинствующие банды Булак — Балаховича и Петлюры. Перед войсками Западного фронта поставлена боевая задача: как можно быстрее уничтожить балаховцев, до конца похоронить надежды пилсудчиков и эсера Савинкова, замышляющих вновь на базе балаховских формирований создать новую большую армию и двинуть ее в поход на Советскую Россию. Этому не бывать! Поклянемся же, товарищи, что вы сделаете все возможное для победы над врагом, окончательного его изгнания с белорусской земли. Честь и слава вам, солдаты революции! Вперед, на врага!
Будто громовой вал, по рядам прокатилось многотысячное «ура», в руках бойцов взметнулись вверх сабли, карабины, винтовки, маузеры, потрясаемые в одном порыве.
— Смерть бандитам! — неслись отовсюду возгласы.
Развернулись упорные бои. Под ударами регулярных
красных войск балаховцы петляли по чащам и болотам, сбивались в крупные части и вновь растекались мелкими группами, устраивали засады. Вооруженные до зубов, на сытых конях, они врывались в деревни, села и города, грабили, жгли, убивали. Предчувствуя свой неминуемый конец, бандиты с чудовищным изуверством вымещали свою злобу на советских активистах, захваченных в плен красноармейцах, командирах и комиссарах.
В сводке за 13 ноября сообщалось еще о том, что бала- ховцам в Мозырском районе ввиду численного превосходства сопутствовал успех — они заняли железнодорожную линию Мозырь — Коростень. Но уже на следующий день, не ожидая подхода резервов, красные войска ата
ковали противника и после упорного боя заняли станцию и местечко Калинковичи, а 20 ноября вышибли его из Мо- зыря. Отсюда советские части, тесня булак — балаховцев, погнали их на юг — в сторону Овруча, на запад — в направлении Луненца, на северо — запад — в район Слуцка.
На луненецком направлении вместе с другими частями в авангарде шел 1–й Кубанский кавполк. Томин дал наказ Украинскому:
— Загоняйте бандитов в междуречьях Ипы, Тремли и Птичи в болота, это поможет лучше их бить до наступления ледостава.
И Украинский бил выродков. Заблокировав переправу через Ипу, он отжал большой отряд балаховцев к Кротову и Капличам. Бандиты попали в болотистые, еще не замерзшие топи и более ста пятидесяти головорезов нашли здесь свою погибель. Так, ломая на своем пути сопротивление врага и забирая его пленных, кавалеристы, стрелки