Из бездны к звездам стр. 322
Нуски. Словно и сам что-то почувствовал.
Тогда Риннэ сказал:
– Хорошо! Я отступлюсь и не буду больше ни о чем спрашивать, но взамен вы лично заберете меня во дворец в день моего восемнадцатилетия.
Нуска почувствовал, как почва уходит из-под ног. А его точно воспитывали?! Кто вообще таким тоном просит что-то у самого эрда?!
Но Риннэ продолжал:
– Я бы хотел изучить алхимические книги во дворце. Все книги в Рире я уже прочел. Окажите мне эту услугу, а взамен я не буду ни о чем спрашивать.
Дворец был огромен. Избегать Риннэ там было не такой уж сложной задачей. Да и пускать его в покои эрда без разрешения на аудиенцию никто не будет. Нуска немного поразмыслил, а затем с громким вздохом согласился:
– Хорошо. Но с этого дня попрошу тебя соблюдать приличия. Хоть я и в хороших отношениях с твоей матерью, но не могу позволить тебе так вести себя перед моими подданными.
Риннэ кивнул, а глаза его просияли. Нуска даже успел заметить, как уголок его губ приподнялся, рисуя улыбку.
Нуска и сам не понял, как улыбнулся в ответ. Он и сам не заметил, как рука Риннэ потянулась к его щеке. Рир неуверенно спросил:
– Высший сурии, почему вы плачете?
«Все страдания, которые я пережил, стоили этого дня. Стоили одной твоей беззаботной улыбки, вызванной небольшой радостью. Ты так легко и просто улыбаешься. Так легко радуешься…»
Нуска, то ли плача, то ли улыбаясь, зажмурился и невольно сказал:
– Спасибо.
«Спасибо, что ты есть».
На этот раз пришлось прибегнуть к помощи дэ. В одну секунду Нуска рассыпался на тысячи золотистых огоньков. И Риннэ с широко распахнутыми глазами еще долго стоял и смотрел, как в лесу горят тысячи звезд. Хоть он и пытался схватить некоторые из них и жадно присвоить себе, но они тут же исчезали. Поэтому Риннэ ничего не оставалось, как стоять и смотреть на мириады огней, тепло мерцающих в ночи.
Подобное исчезновение хоть и выглядело эффектно, но затрачивало огромное количество дэ и физических сил. Поэтому Нуска хоть и сбежал из цепких лап голодного волчака, но смог добраться лишь до окраины леса. Там он, тяжело дыша, выбрал дерево покрепче, а затем, кряхтя, как старая кляча, с трудом на него забрался. Спрятавшись за пологом листвы и покачивая ногами в воздухе, он наконец смог вздохнуть. Казалось, с того момента, как он столкнулся с Риннэ, его легкие сдавило в тисках, и лишь теперь в них поступил спасительный воздух.
Стояли последние теплые дни. Вдалеке расположилась столица. Прежде чем продолжить путь, эрду нужно было набраться сил.
Чтобы восстановить дыхание, он начал что-то напевать под нос. Слова сами складывались в строчки, а голос становился увереннее и громче.
Слезы – просто минутная слабость,Что еще я могу рассказать?Я почувствовал легкую жалостьИ желание сразу сбежать.Высоко я взлетел и свалился,Улыбнувшись, ревел допоздна.Я всего лишь однажды влюбился,Но испил чашу скорби до дна.Я взлетел и разбился о звезды.Пусть смеялся, но плакал сильней.Каждый день закипая от злости,Терпеливо кричал: «Не жалей!»Слезы – просто минутная слабость,А ты жаждешь меня обокрасть?Посмотри на меня. Сожаления —Это все, что ты можешь украсть.
Через несколько месяцев знаменательный день наступил. В этом году в столице выпало много снега, холод стоял такой, что