Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию стр. 148
после участия на Конгрессе в Вероне, Александр нарушил обязательство, принятое насчет либералов. Посмотрим, какими были последствия двух этих упущений. Такой ход вернет нас к истории крепости, которой мы заняты в данный момент.
* * *Вы позволите, не так ли, предложить вам несколько почти несерьезных страниц? Они живо обернутся драматическими; я вам это обещаю.
Единственной целью Наполеона, попросившего императора Александра о встрече на Немане, было ― оказать влияние, что он делать умел, на этот тонкий и впечатлительный ум, чтобы вместе закончить дело уничтожения Пруссии и Англии и раздела мира. Пруссию ликвидировали отторжением от нее провинций к западу от Эльбы и ее польских земель; Англию уничтожала потеря Индии; Австрия нисходила на ступень второразрядной державы, без Италии и Венгрии, то есть в составе 28 миллионов подданных ― не более. Проект был гигантским, и Александр с энтузиазмом приобщился к нему.
Мы знаем, какой была цель; посмотрим, какие были средства.
Император России брал на себя Пруссию. Император Наполеон брал на себя Австрию: он ухватился за первый же предлог, чтобы объявить войну императору Францу. Случай для этого, конечно, не заставил себя ждать.
Наполеон взял Вену и захватил водный путь ― Дунай. Это случилось в 1809 году. После Ваграмской битвы он был в состоянии исполнить свое обещание, да Александр нарушил свое.
А вот почему Наполеону потребовалось стать хозяином голубой дороги Дуная.
Император Александр отправлял Волгой 40 тысяч войск с приказом ― пересечь Каспийское море и высадиться в Астрабаде.
Наполеон отправлял 40 тысяч войск по Дунаю с приказом ― пройти на судах по Черному морю, подняться по Дону до станицы Песковской. Этот пункт расположен в месте наибольшего сближения Дона и Волги ― до 80 верст (20 лье). В два перехода 40 тысяч французских войск достигали Царицына на Волге. Там их уже ожидали суда, что перевезли 40 тысяч русских войск в Астрабад; французы грузились, и флотилия перебрасывала их на соединение с первой половиной объединенной армии. Там во главе нее вставал Наполеон, и этот новый македонец завоевывал Индию. Это легко удавалось, благодаря помощи восставших.
Представляете, что стало бы с Англией, если бы у восстаний сегодня союзниками были 40 тысяч русских и 40 тысяч французов! Прикидываете, что стало бы с миром, если бы тот проект его раздела между Александром и Наполеоном осуществился бы! Но это не входило в планы Всевышнего. Царь не сдержал императорского слова. Гигантский замысел Наполеона рухнул. И Франция, и он были погребены под его обломками. Наполеон выбрался из-под них пленником и отправился умирать на остров св. Елены, оглядываясь на прошлое; Франция выбралась из-под них с Хартией в руке, глядя в будущее. Очевидно, Всевышний был прав.
В 1822 году открылся Конгресс в Вероне. Это собралась Лига суверенов против народов. Остановленный взятыми на себя обязательствами, Александр отказывался в нее войти. По его словам, он отвечал за Россию. И вот что тем временем происходило.
Потяникин командовал Семеновским полком, вторым в России, созданным Петром I, сразу после Преображенского полка; командир отменил телесные наказания, и его в полку обожали. Небезызвестный Аракчеев, о котором мы скажем несколько слов в этой главе, сместил полковника и вместо него поставил Шварца ― разновидность немецкого капрала, установившую для солдат палочный режим. Полк восстал. Об этом Меттерних узнал раньше самого императора; а так как в тот же день, когда австрийский дипломат получил известие о восстании, император Александр повторил свою обычную фразу: «Я отвечаю за Россию».
― Потому что ваше величество не знает, что там происходит, ― заметил австрийский министр.
― Как! Я не знаю того, что происходит в моей империи? ― воскликнул Александр.
― Нет, вы не знаете, sire, что под влиянием карбонаризма второй полк империи восстал и пожелал расстрелять полковника.
Месье де Меттерних не успел всего досказать, как прибыл курьер и вручил Александру депешу с сообщением ему того, что он только что услышал из уст де Меттерниха. Это было слабое сердце. Он сразу уступил, примкнул к участникам Конгресса, и решение о войне против кортесов, то есть против свободы, было принято.
Русские патриоты, которые рассчитывали на него, как на руководителя движения, сомневались еще, что после обязательств перед ними и, конечно, после чувств, выраженных в письме Кочубею, император мог их покинуть таким вот образом. Но вскоре больше не терзались сомнениями: Александр упразднил масонство в своих землях и запретил ассоциацию. Император сделался не только клятвопреступником, но и гонителем.
В то время в России было легальное общество, которое ставило целью прогресс,