Из Парижа в Астрахань. Свежие впечатления от путешествия в Россию стр. 752
опоздали, ― сказал он, ― но, в конце концов, постараемся кое-что еще вам показать. Сейчас я провожу вас к Грассу, который приготовил для вас жилье. Затем вы отошлете вашу визитную карточку к губернатору, который предупрежден о вашем проезде, ждет, и приготовил вам сюрприз.
― Мне?
― Да, вам, и сюрприз, какого не ожидаете, я вам за это ручаюсь.
― Нельзя ли узнать, какой?
― Нет.
― А как зовут губернатора?
― Александр Муравьев.
― Он из Муравьевых, которые вешают, или из Муравьевых, которые повешены? ― спросил я, смеясь.
― Он из тех, которые повешены.
― Но он был в Сибири, кажется?
― Да; но вы знаете, что император дал общую амнистию, а так как Александр Муpавьев был сослан в Сибирь слегка необдуманно, счел должным это компенсировать и назначил его губернатором Нижнего.
― Но этот Александр Муравьев был замешан в заговоре 1825 года?
― Да, про который вы написали роман. О ком там рассказано, вы увидите у него.
Месье Брылкин отдал распоряжения, чтобы в его отсутствие все шло, как при нем, и вышел проводить нас к своему другу ― месье Грассу. Но, так как он велел выйти через дверь, противоположную той, через которую мы вошли, я вскрикнул от удивления при виде спектакля, развернутого перед глазами. Я стоял на самой высоте над местом слияния притока и реки ― Оки и Волги, внизу лежало поле ярмарки, то есть примерно два квадратных лье территории, покрытой бараками, между которыми гулял типаж всяких народов ― русских, татар, персов, китайцев, калмыков; да что я знаю? По виду сверху, с террасы «Меркурия», ярмарка делилась на четыре города. Один ― на острове, между двух рукавов Оки. Другой ― между Баранцевым озером и первым каналом от Мещерского озера. Третий ― между двумя каналами, что наполняют это самое озеро. Наконец, четвертый ― по другую сторону второго канала, между каналом и лесом. Его населяют только женщины. Попросту, город куртизанок; в нем 7-8 тысяч жительниц, которые съехались туда со всех концов европейской и даже азиатской части России ради шести недель ярмарки, с намерениями самыми филантропическими.
Нужно было увидеть в 300 футах ниже террасы четыре города, 200 тысяч человек в движении между рекой и притоком, между двух озер, на шести мостах, восьми набережных и сотне улиц, чтобы задуматься над тем, что такое пятый элемент [пятая стихия], называемый множеством.
― У вас восемь дней, чтобы насмотреться на это, месье, ― сказал Брылкин, пытаясь тащить меня за руку. ― Тогда как я…
― Тогда как вы, ― перебил я, ― оставляете дела, желая мне это показать. Идемте к месье Грассу.
Пошли к месье Грассу, где нас ждали, и была приготовлена наша квартира. Месье Грасс, менее занятый, чем месье Брылкин, обязался стать нашим чичероне и поводить нас по ярмарке. Месье Брылкин оставил нас, снова посоветовав мне не забыть передать визитную карточку генералу Муравьеву, который, наблюдая ярмарку, жил в своем дворце на берегу Оки.
Месье Грасс был в нашем распоряжении; мы потратили время только на то, чтобы ликвидировать беспорядок, который в течение трех дней плавания по Волге образовался в нашем туалете, и спустились тем же съездом, каким поднялись четверть часа назад. Когда проходили мимо Строгановской церкви, месье Грасс обратил наше внимание на ее решение. Храм объединяет две церкви: зимнюю, низкую и отапливаемую четырьмя большими печами, и летнюю ― втрое выше зимней, увенчанную огромным куполом и украшенную чудесным иконостасом на всю ее высоту.
Я сказал, каким образом попадали в авангардную часть ярмарки, то есть на остров на Оке, соединенный с нижним городом мостом поверх лодок длиною полверсты. Поскольку каждый год в таянье снегов Волга выходила из берегов и разливалась над местом базара, решили поднять участок земли на высоту 7-8 метров, что было уже красивой работой; цели достигли, отрыв с трех сторон участка, который хотели поднять, канал, сообщающийся с Волгой через Мещерское озеро. Огромного количества вынутого грунта хватило, чтобы поднять остров на нужную отметку. После устроили свайное основание, на нем ― 2,5 тысячи лавок, отдаваемые внаем за 400 тысяч рублей, то есть за 1 миллион 600 тысяч франков. Добираются до всех этих лавок, крытых листовым железом и опоясанных широкой галереей, по каналу, который судоходен.
Церковь св. Макария, покровителя ярмарки, господствует над всем этим множеством строений, находясь в соседстве с армянской церковью, справа, и магометанской мечетью, слева. Перед св. Макарием ― два поперечных ряда лавок, резервируемых для китайцев, которые покрывают их украшениями,