Библиотека

Избранная лирика стр. 69

Размер шрифта
-
+
Тема

он смутной грезой.

                    Нет, часто, сидя в комнате унылой

                    Средь городского шума, был ему я

                    Обязан в час тоски приятным чувством,

                    Живящим кровь и в сердце ощутимым,

                    Что проникало в ум, лишенный скверны,

                    Спокойным обновлением; и чувства

                    Отрад забытых, тех, что, может быть,

                    Немалое влияние окажут

                    На лучшее, что знает человек, —

                    На мелкие, невидные деянья

                    Любви и доброты. О, верю я:

                    Иным я, высшим даром им обязан,

                    Блаженным состояньем, при котором

                    Все тяготы, все тайны и загадки,

                    Все горькое, томительное бремя

                    Всего непознаваемого мира

                    Облегчено покоем безмятежным,

                    Когда благие чувства нас ведут,

                    Пока телесное дыханье наше

                    И даже крови ток у нас в сосудах

                    Едва ль не прекратится — тело спит,

                    И мы становимся живой душой,

                    А взором, успокоенным по воле

                    Гармонии и радости глубокой,

                    Проникнем в суть вещей.

                                          И если в этом

                    Я ошибаюсь, все же — ах! — как часто

                    Во тьме, средь обликов многообразных

                    Безрадостного дня, когда все в мире

                    Возбуждено бесплодной суетой, —

                    Как часто я к тебе стремился духом,

                    Скиталец Уай, текущий в диких чащах,

                    Как часто я душой к тебе стремился.

                    А ныне, при мерцанье зыбких мыслей,

                    В неясной дымке полуузнаванья

                    И с некоей растерянностью грустной,

                    В уме картина оживает вновь:

                    Я тут стою, не только ощущая

                    Отраду в настоящем, но отрадно

                    Мне в миге этом видеть жизнь и пищу

                    Грядущих лет. Надеяться я смею,

                    Хоть я не тот, каким я был, когда,

                    Попав сюда впервые, словно лань,

                    Скитался по горам, по берегам

                    Глубоких рек, ручьев уединенных,

                    Куда вела природа; я скорее

                    Напоминал того, кто убегает

                    От

страшного, а не того, кто ищет

                    Отрадное. Тогда была природа

                    (В дни низменных, мальчишеских утех,

                    Давно прошедших бешеных восторгов)

                    Всем для меня. Я описать не в силах

                    Себя в ту пору. Грохот водопада

                    Меня преследовал, вершины скал,

                    Гора, глубокий и угрюмый лес —

                    Их очертанья и цвета рождали

                    Во мне влеченье — чувство и любовь,

                    Которые чуждались высших чар,

                    Рожденных мыслью, и не обольщались

                    Ничем незримым. — Та пора прошла,

                    И больше нет ее утех щемящих,

                    Ее экстазов буйных. Но об этом

                    Я не скорблю и не ропщу: взамен

                    Я знал дары иные, и обильно

                    Возмещены потери. Я теперь

                    Не так природу вижу, как порой

                    Бездумной юности, но часто слышу

                    Чуть слышную мелодию людскую

                    Печальную, без грубости, но в силах

                    Смирять и подчинять. Я ощущаю

                    Присутствие, палящее восторгом,

                    Высоких мыслей, благостное чувство

                    Чего-то, проникающего вглубь,

                    Чье обиталище — лучи заката,

                    И океан, и животворный воздух,

                    И небо синее, и ум людской —

                    Движение и дух, что направляет

                    Все мыслящее, все предметы мыслей,

                    И все пронизывает. Потому-то

                    Я до сих пор люблю леса,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.