Измена. Ты станешь второй женой стр. 4
сами, полные яда и отчаяния. Хочется причинить ему боль, хотя бы словами.
— Ты моя жена. Моя первая жена. И ты будешь вести себя соответственно.
— Не буду.
Пауза. Потом голос звучит совсем по-другому — холодно, отстранённо. Так он, наверное, разговаривает с людьми, которые ему перечат на работе.
— Ярослава, ты сейчас в моём доме. Здесь мои правила. И если ты не готова их принять, то можешь подумать об альтернативах.
Альтернативах. Какая деликатная формулировка.
— То есть?
— То есть подумай, есть ли у тебя куда идти. Документы, деньги, связи. Подумай, как ты будешь жить без меня.
В горле пересыхает. Я кончено привязана к нему, но не настолько. Банковские карты привязаны к его счетам, но я не птица в золотой клетке, чтобы терпеть его унижения.
Слёзы жгут глаза, но я не дам им пролиться. Не сейчас и не при нём.
— Угрожаешь мне?
— Просто напоминаю о реальности. Ты умная девочка, Ярослава. Уверен, ты примешь правильное решение.
Девочка. Не женщина, не жена. Девочка. Каждое его слово — как пощёчина. Год назад он называл меня своей королевой, единственной. А теперь я просто девочка, которая должна принять правильное решение.
— И какое же решение ты считаешь правильным?
— Будешь вести себя достойно, не устраивая сцен.
Тошнота подкатывает к горлу. Как можно быть настолько жестоким к человеку, которого якобы любишь?
— Если не захочу?
— Захочешь.
Он так сильно уверен, что у меня не хватит смелости уйти от него? С чего бы?
— Дамир, о чём ты говоришь?
— Тебе лучше не знать. Но я также не потерплю неуважения в своём доме. Выбор за тобой.
Внутри что-то окончательно рушится. Опускаюсь на кровать, и пружины скрипят под тяжестью не только тела, но и разбитого сердца. Наша кровать, где мы были счастливы. Или только я была счастлива, потому что мне кажется, всё было ложью. Каждое «люблю», каждая клятва, каждое обещание. Обхватываю руками колени и понимаю — человек, которого я любила, никогда не существовал. Это была красивая маска, а под ней скрывался незнакомец, готовый угрожать моей семье ради своего спокойствия. Последние иллюзии, последняя надежда на то, что это всё страшный сон, исчезает.
— Ты поняла меня?
Ничего не могу ответить, потому что слёзы наконец прорываются. Горькие, жгучие слёзы предательства, унижения и разбитого сердца. Плачу тихо, зажав ладонь рот, чтобы он не услышал. Не дам ему знать, как сильно он меня сломал.
И теперь мне нужно решить: сражаться с этим незнакомцем или найти способ убежать от него как можно дальше. Но сначала нужно пережить эту боль, которая разрывает грудь на части.
Глава 3
Плачу, уткнувшись лицом в подушку, которая до сих пор пахнет его духами. Даже здесь, в своём горе, не могу от него скрыться.
Только я думала, что осталась одна, как слышу снова его шаги возле двери. Дамир возвращается, и на этот раз в его походке слышится что-то решительное.
— Ярослава, последний раз прошу, открой мне.
— Нет. — Всхлипываю в подушку.
Тишина. Потом — удар. Комната содрогается и вижу как ваза на столе шатается, но не падает.
Вскакиваю с кровати. Он что, правда будет ломать дверь?
Ещё один удар, более сильный. Петли скрипят, дерево трещит.
— Дамир, остановись!
Но он не останавливается. Слышу