Измена. Ты станешь второй женой стр. 44
— Ты моя дочь, Ярослава. Может, не по крови, но по всему остальному. И я не мог смотреть, как твоя жизнь рушится.
Он прав, Хосе вырастил меня. Был рядом, когда училась ходить, когда училась читать, когда впервые влюбилась.
Но сейчас даже его любовь ощущается клеткой.
Разумом прекрасно понимаю, что они правы. Мне нельзя было там оставаться. Но сердце кровью обливается. У меня сейчас ощущение, что я не вернусь. И это пугает меня.
Как я буду без Дамира?
Но время идёт. Проходит неделя.
Я не звоню Дамиру. Он не звонит мне.
Молчание растягивается, как рана, которая не заживает.
Живу в своей старой комнате. Всё здесь такое же — плакаты на стенах, книги на полках, фотографии с друзьями. Жизнь, которая остановилась два года назад, когда встретила его.
Выхожу гулять по городу. Мадрид встречает знакомыми улицами, привычными запахами. То кофе из кофейни на углу улицы. То сладостями из пекарни, влажной землёй после дождя. Здесь всё спокойно, и я чувствую себя в безопасности.
Так почему внутри пустота?
Вторая неделя проходит, но ничего не меняется.
Встречаюсь с подругами из университета. Они рады видеть меня, обнимают, смеются, рассказывают о своих парнях, работе, планах. Жизнь течёт размеренно, без драм.
Я улыбаюсь, смеюсь вместе с ними. И чувствую себя призраком.
И вот уже заканчивается третья неделя моего пребывания в Мадриде.
Начинаю просыпаться по ночам. Тянусь к пустой половине кровати, ищу тепло его тела, запах его кожи. Но нахожу только холодную простыню.
Проверяю телефон. Ни сообщений, ни звонков.
Он не ищет меня.
Отпустил, как просила.
Так почему больно?
Считаю дни и когда смотрю на календарь в телефоне, понимаю, что прошло уже больше месяца.
Мама радуется, что я осталась. Готовит любимые блюда, предлагает вернуться в университет, найти работу здесь. Она строит планы на будущее. Я слушаю, киваю, даже соглашаюсь подать документы на восстановление.
Но по ночам реву в подушку, зажимая рот, чтобы не услышали.
И в одну из таких ночей понимаю, что мы не знаем ценности того, что имеем, пока не теряем. Но иногда потеря — это единственный способ понять, что любовь была настоящей.
Семь недель остаётся позади.
Сижу на балконе, пью кофе, смотрю на закат. Небо в огне сегодня оранжевое, красное, багровое. Красиво, но больно смотреть.
Всё красиво здесь. И всё не то.
Потому что нет его.
Достаю телефон. В последний раз проверяла час назад. Ничего нового. Открываю контакты, нахожу его имя.
Дамир.
Палец зависает над кнопкой вызова.
Позвонить?
Сказать, что скучаю?
Что хочу вернуться?
Что свобода, за которую боролась, оказалась клеткой?
Вот-вот нажму. И тут телефон вибрирует сам.
Входящий вызов.
Дамир.
Сердце взрывается. Он словно почувствовал мою боль, мой зов. Руки дрожат так сильно, что чуть не роняю телефон. Беру трубку, прижимаю к уху.
— Дамир.
— Ярослава. — Сразу слышу, что голос холодный. Какой-то жёсткий, чужой. Не тот, что шептал моё имя в темноте. Не тот, что молил вернуться. — Нам нужно поговорить.
— Да. Да, мне тоже... я хотела поговорить.
— Не возвращайся. — Обрывает. — Оставайся в Мадриде.
Мир останавливается. Дыхание перехватывает.
— Что? — Не верю своим ушам. Что он такое говорит.
— Ты хотела свободы. Я больше не держу тебя.
— Дамир, что случилось? Почему ты