Измена. Ты станешь второй женой стр. 43
дело вовсе не в доме как таковом. Мы ищем дом не в местах, а в людях. Но что делать, когда человек, ставший домом, разрушает тебя изнутри?
На телефон приходит сообщение. Открываю, оно от Дамира.
«Люблю тебя»
Два слова, которые так больно видеть.
Не отвечаю. Убираю телефон в сумку.
Вернусь ли я?
Не знаю.
Дорога в аэропорт, как первый глоток настоящей свободы за долгие месяцы.
Правда, эта свобода горькая на вкус.
Глава 19
Мадрид встречает дождём.
Выхожу из такси, и вода сразу проникает сквозь тонкую куртку, холодит кожу. Тащу чемодан к подъезду маминого дома. Хосе почему-то сказал, чтобы я приехала сначала туда.
Мама на телефон не отвечает, так что я мало знаю какие-то подробности.
Хосе открывает дверь ещё до того, как я успеваю позвонить. Лицо измождённое, глаза красные. Так непривычно видеть этого красивого испанца измождённым.
Он обнимает крепко, долго, и я чувствую, как дрожат его плечи.
— Где мама? В какой больнице? — Спрашиваю, уже снимая мокрую куртку.
Он молчит. Просто смотрит на меня с такой болью, что сердце замирает.
— Хосе, что случилось? Она жива?
— Она дома. — Голос тоже у него уставший. — В своей комнате.
Не понимаю. Бросаю куртку, бегу по лестнице наверх. Врываюсь в спальню родителей.
Мама сидит у окна в кресле.
Живая и здоровая. Листает что-то в телефоне.
Она поднимает глаза, и на лице не болезни, не слабости, только вина.
— Ярослава, ты прилетела.
— Ты не больна. — Констатирую очевидный факт. — Инфаркта не было.
— Нет.
— Значит, всё это... — Не могу договорить. Слова застревают в горле, душат.
Она встаёт, делает шаг ко мне. Я отступаю.
— Не подходи.
— Доченька, пожалуйста, выслушай.
— Ты обманула меня! Заставила сюда прилететь. Я бросила всё, думая, что ты умираешь.
— Потому что ты умирала там. — Кричит, и в голосе столько боли, что на секунду захлёбываюсь. — Каждый твой звонок, каждое слово — я видела, как ты угасаешь. Я не могла больше смотреть, как тот мир пожирает мою дочь!
— Это был не твой выбор.
— Я мать! И имею право защищать своего ребёнка.
— Я не ребёнок! Мне двадцать два года.
— И ты чуть не умерла в доме собственного мужа. — Слёзы текут по её лицу. — Ты думаешь, я ничего не знала? Но я всё прекрасно знаю. Ты была в больнице после отравления. Ты жила под одной крышей с женщиной, которая хотела тебя убить. И он, твой драгоценный Дамир, не мог тебя защитить!
Молчание падает тяжёлым камнем.
— Ты не понимаешь.
— Понимаю. — Подходит ближе, берёт за руки. — Понимаю больше, чем ты думаешь. Потому что я тоже любила мужчину из того мира. И знаю, чем это заканчивается.
Смотрю на неё. На лицо, которое знаю с детства, но словно вижу впервые. Морщинки у глаз, седина в волосах, грусть в глазах — вечная, въевшаяся.
— О чём ты?
Она качает головой.
— Неважно. Прошлое мертво. Важно, что ты здесь. Живая и в безопасности. И я не позволю тебе вернуться.
Вырываю руки.
— Ты не можешь меня удержать.
— Могу. И буду. Сколько потребуется.
Выхожу из комнаты. Спускаюсь вниз. Хосе стоит у окна, смотрит на дождь.
— Ты знал?
Кивает, не оборачиваясь.
— С самого начала. Это был её план. Она умоляла меня помочь.
— И ты согласился.