Измененный стр. 9
был обречен на долгое ожидание и, конечно же, знал об этом. На развилке он свернул вовсе не к станции, а к шоссе, озадачив меня еще больше.
Размышляя о происходящем, я сопровождал его, пока до шоссе не осталось около двухсот метров. И здесь я затормозил всеми четырьмя лапами. Легкий ветерок, дувший со стороны шоссе, донес до моего носа запахи людей, горячего металла, ружейного масла и собак. Собак! Насколько я мог определить, там было пятеро людей и четыре злобные твари, натасканные на охоту за человеком, хотя их взяли, конечно же, из-за меня. Собаки мне были не опасны: древний жуткий ужас, который мы вызываем у их племени, не вытравить никакой дрессировкой. Однако они могли меня учуять. Пока этого не произошло только потому, что я находился с подветренной стороны. По лесу я передвигаюсь почти бесшумно, но сейчас превратился в абсолютно бесплотную тень. Последние десятки метров до рубежа, за которым меня неминуемо обнаружат, я не шел, а скользил, плыл, не потревожив ни листа, ни ветки. Зато отсюда я слышал все, что происходило на шоссе, ветерок помогал мне и в этом: нетерпеливое поскуливание собак, шаги и короткие реплики их хозяев.
– Ты чего так долго? – спросил грубый и хриплый голос. – Они там?
– Там, – с готовностью труса ответил
Сергей.
– А эта тварь четвероногая?
– Тоже. На вид вполне добродушный пес.
– Добродушный! – раздраженно сказал Хриплый. – Двоих пацанов в клочки порвал. Один даже до больницы не дожил. Нет, эта девка за все ответит. И старуха тоже.
– Вы же обещали! – занервничал Сергей. – Вы говорили, что если мне удастся ее уговорить, им не сделают ничего плохого. И я ее действительно убедил. Она изменит свои показания.
– А кто говорит о плохом? – вмешался новый голос, молодой тенорок. – С бабами по-плохому нельзя. Только лаской да любовью.
Раздалось довольное ржанье. Почувствовав возбуждение хозяев, затявкали собаки.
– Но вы не можете так поступить! – плачущим голосом заговорил Сергей. – Вы мне твердо обещали...
– Ладно, глохни! – оборвал его Хриплый. – Что обещано, то получишь, я свое слово держу. Вот твоя штука баксов. Бери и вали отсюда.
– Подождите! Не делайте этого! Я вас прошу!
– Ты что, не понял? – мерзким тоном произнес Тенор. – Тебе что, конкретно объяснять надо?
– Нет! Нет! – испугался Сергей. – Я все понял.
– Тогда вали отсюда, тебе же сказали. И не вздумай где-нибудь пасть открыть не по делу. Закопаем. Въехал?
– Да, – покорно отвечал предатель.
– Тогда – иди.
Я услышал торопливые удаляющиеся шаги. Я не видел его, но ясно представлял трусливо сгорбленную спину, опущенную голову и от отвращения негромко фыркнул.
– Не надо было его отпускать, – сказал Тенор.
– Ничего, пусть еще почирикает, – ответил Хриплый. – Ладно, братаны, кончай курить, дело делать надо.
– Не заплутаем в темноте? – спросил Тенор
– Чего тут плутать? – удивился Хриплый. – Одна дорога всего. Не бойся, в случае чего собачки выведут. Ну, пошли!
В тот же момент я развернулся и понесся обратно что было сил. Я не мог остановить вооруженных бандитов. Вся моя стремительность и мощные клыки – слабые аргументы против пуль, потому что собаки не дадут мне приблизиться незамеченным на расстояние броска. Единственное, что мне оставалось – как можно скорее увести девушку с матерью из дома, который очень скоро превратится в ловушку. Сколько