Изнанка свободы стр. 14
ум.
— Ты понимаешь, что это значит?
— Я все понимаю, Тильда, кроме одного. Какой тебе интерес приходить ко мне и выкладывать это?
Она отставила шкатулку брезгливо, словно дохлого паука.
— У меня тоже есть честь, Страж! Моя клятва призывает охранять жизнь князя и его детей, а не творить подлости их именем.
Я задумчиво рассматривал ее лицо — скуластое, с резкими чертами. Фиолетовые волосы по обычаю фэйри убраны в косы, карие глаза глядят спокойно и прямо.
Тильда фрой Атли — Мастер Дротика. Начальник стражи Трудгельмира.
Она чем-то походит на мою сестру Джулию. Женщина-воин, женщина-меч. Но в отличие от Джулии в Тильде не ощущается бестолковой взбалмошности — следствия безнаказанности и бесцельности жизни Стража. Тильда — фэйри. Родилась с осознанием своего предназначения и всю жизнь следовала долгу. Это придает ей притягательную цельность.
Она считала меня ничтожеством и бездельником и даже не пыталась это скрыть. Возможно, именно поэтому она всегда была мне симпатична.
— Ты ведь могла просто отказаться это делать, не так ли?
— Могла, — подтвердила она.
— И он бы нашел другого исполнителя.
— Или другой способ.
— Получается, я теперь твой должник?
Это был тонкий момент. Я не просил ее об услуге, поэтому мог не давать зарок. Никто из фэйри не осудил бы меня.
Но я привык платить по счетам. И клятвы здесь совершенно не при чем.
— Ты ничего не должен мне, Страж, — она встала.
— Погоди! — я тоже вскочил. — Ты собираешься вернуться к Стормуру после такого?
— Да. И скажу ему, что ты знаешь про иглу
.
— Ты идиотка? Да погоди ты! — она легко вывернулась из моих рук и оказалась у двери. А я не настолько псих, чтобы останавливать Мастера-воина, когда тот хочет уйти.
— Зачем, гриски тебя подери, Тильда? — крикнул я ей в спину. — Ты же меня терпеть не можешь.
— Ты не поймешь.
Она так и не приняла мой зарок на долг. И действительно пошла к Стормуру — честность на грани идиотизма.
Расплата за так называемое «предательство» была жуткой — изгнание из клана.
Это для Стража нормально быть самому по себе. Ну, для человека тоже терпимо — прогнали от одного лорда, пойдет к другому. Для фэйри же изгнание — крах их мира. Чем-то эта пакость схожа с человеческим ритуалом Отречения — практика, от которой люди отказались века назад. Не в последнюю очередь моими стараниями
.
На Изнанке не выжить в одиночку. Изгнанник же становится вне всех законов, с ним любой вправе сделать, что пожелает, потому что никто и никогда не отомстит за мучения отверженного. Ему не подадут руки и не продадут хлеба, не пустят на ночлег и не спасут, загибайся он от ран хоть на пороге дома любого из фэйри. Судьба одиночки — сдохнуть в канаве. Или закончить свои дни в ярмарочном балагане на человеческой половине мира, где чернь будет платить по медяшке за то, чтобы посмотреть на «волшебного уродца» и по десять, чтобы отсношать.
Нет, оставалась еще воровская гильдия. Но чистоплюйка Тильда фрой Атли верней и правда сдохнет в канаве, чем пойдет убивать за деньги.
Я сначала не поверил, когда услышал, что Трудгельмир лишил свой двор Мастера-воина из-за подобной блажи сыночка. Вот ведь бред! Верность таких, как Тильда,