Изумрудный дождь стр. 116
Но это сейчас не имело никакого значения. Ей захотелось хоть на время послать действительность куда подальше. Почувствовать тепло непритязательной заботы. Пожить выдуманной жизнью, в которой нет невзгод.
Николас с хозяйской уверенностью принялся рыться в ящиках кухонного шкафа. Держался он почти бесцеремонно.
— А где вы держите кофе? — громко спросил Дрейк.
— Нет, в самом деле, мистер Дрейк…
— Нашел! — Он с торжествующей улыбкой повернулся к ней, держа в руке круглую жестяную банку. — Какой вы предпочитаете? Погуще, пожиже?..
Элли не сумела удержаться от ответной улыбки:
— Я и не знала, что кофе при желании можно сделать погуще или пожиже.
— Так вы не знали моей бабушки! Она любила погуще, хотя, могу поклясться, только из-за того, что от крепкого кофе волосы сами собой завивались в кольца! — Он рассмеялся. — Куда там раскаленным щипцам для завивки, которые вы, женщины, так обожаете!
Элли задержала дыхание, чтобы не расхохотаться.
— Да-да, кофе был густым, как черная патока, которую она тоже обожала. — Николас сморщил нос, оглядываясь вокруг в поисках ложки.
— Я переехал к ней, когда мне исполнилось двенадцать, и в течение семи лет, до того дня, когда уехал из ее дома, я каждое утро варил ей кофе.
— Так в детстве вы жили со своей бабушкой?
— Да, — односложно ответил он и принялся накладывать уже смолотый кофе в кофейник. Беззаботность его почти исчезла, и это напомнило Элли о том, что за его раскованностью скрывается удерживаемая в узде сила, которая в любой момент может вырваться на свободу. Сегодня он смеялся и улыбался, но Элли знала, что Николас Дрейк — безжалостный человек. Она не думала, что в Нью-Йорке есть хоть один человек, ни разу не слышавший захватывающей истории о том, как одержимо он преследовал ее отца. Многие уже давным-давно плюнули бы на это дело. Но только не Дрейк. Все знали, что он ненавидит Гарри Дилларда и все с ним связанное. Элли не сомневалась, обнаружь этот сильный, самоуверенный человек, кто она такая, он расправится с ней с такой же улыбкой, какой сейчас улыбается.
— Так, а где чашки? — прервал ее размышления Николас.
Она уже открыла рот, чтобы ответить, но не успела, потому что в этот момент дверь неожиданно широко распахнулась.
— Элли!
Она обернулась на возглас и, в свою очередь, удивленно воскликнула:
— Чарлз!
Девушка почувствовала и неотрывный жаркий взгляд Николаса, и тот момент, когда он повернулся к вошедшему. Чарлз Монро замер на пороге — светлые волосы причесаны волосок к волоску, карие глаза светятся улыбкой. При виде Николаса улыбка поблекла и исчезла. Однако он быстро пришел в себя, расправил плечи, снова заулыбался и направился к Николасу.
— Чарлз Монро, — вежливо представился он, протягивая руку.
— Николас Дрейк, — сдержанно ответил Николас, мгновенно превратившись из подшучивающего весельчака в холодного и чопорного господина.
— Правда? Тот самый подрядчик-строитель? — опешил Чарлз.
Николас нетерпеливо кивнул. Улыбка Чарлза стала искренней.
— Глазам не верю! Все вокруг только и говорят о новом здании, что вы собираетесь строить.
Элли бросила быстрый взгляд на обоих мужчин:
— О чем это ты, Чарлз?
— Да о строительстве дома. Он, как мне говорили, будет в восемнадцать этажей. Со дня на день начнут расчищать строительную площадку. По слухам, все давно уже готово. — Он снова обратился к Николасу: — А