Изумрудный дождь стр. 195
он наконец, и лицо его застыло страдальческой маской. — Проваливай. Мне-то что за дело?
И он, отпустив крепкое словцо, начал деловито растирать краски.
Ханна все смотрела ему в спину и ждала, когда Барнард обернется и скажет, что не хочет, чтобы она съезжала. Но он взял кисть и повернулся к мольберту. «А может быть, Барнард все делает правильно», — подумала Ханна. Только такая дура, как она, могла надеяться на самый пустячный знак внимания. Она заслуживает лучшего. Ханна знала это. Однако знать УМОМ и знать сердцем очень часто совершенно разные вещи.
С покорным вздохом Ханна, впервые за все эти годы почувствовав на своих плечах груз прожитых лет, снова поднялась на второй этаж. Она и собиралась сначала пойти к Элли, будучи совершенно уверенной, что та давным-давно встала. Однако дверь в комнату Элли оказалась плотно закрытой, и Ханне осталось спуститься вниз и начать с Барнарда.
Была суббота, и Элли еще накануне предупредила что магазин не будет работать. Ханне ужасно не хотелось будить девушку раньше времени. Она бы подождала еще, но бессердечие Барнарда лишило ее надежд терпения. Ждать было больше нечего. Ханна осторожно постучала.
— Кто там? — невнятно спросили из-за двери.
— Элли, милочка, это я, Ханна. Мне очень надо поговорить с тобой. Тишина.
— Элли! — снова позвала Ханна.
— Иду, — раздалось в ответ.
За дверью послышалось какое-то движение, щелкнул замок, ручка повернулась, и дверь наконец открылась. Ханна громко ахнула:
— Элли, что с тобой?! Ты заболела?
— Нет, — мучительно потирая лоб, ответила Элли. — Просто очень устала.
— Я даже не слышала, как ты вернулась. Наверное, ты пришла очень поздно?
Элли как-то странно усмехнулась.
— Да нет, совсем не поздно.
— Как прошел прием?
— Все было замечательно, Ханна, — с раздражением ответила Элли и, тут же устыдившись, добавила:
— Извини, Ханна. Я действительно устала. О чем ты хотела со мной поговорить?
— Я ухожу.
Элли не могла сообразить, какая была необходимость будить ее ради того, чтобы сказать, что Ханна
уходит. Она безуспешно попыталась вспомнить, не договаривались ли они сегодня куда-нибудь пойти.
— А сколько сейчас времени? И куда же ты уходишь?
— Я съезжаю, Элли.
— Съезжаешь?!
— Да. Я ухожу. Так будет лучше для всех. Элли окончательно проснулась.
— Уходишь? И от этого всем будет лучше? Ты понимаешь, что говоришь, Ханна?
— Мне тут работу предложили. Я хотела тебе раньше сказать, но то одно, то другое — история с Николасом, потом все эти заказы на шляпки, ну и поездка на Лонг-Айленд, конечно. По глупости я отчего-то решила, что, если мы уедем из города, Барнард на многое посмотрит по-другому.
— Так вот в чем дело, — поняла наконец Элли. — Ты съезжаешь из-за Барнарда.
— Да, дорогая. Прости. Мне надо было предупредить тебя заранее и из-за комнаты, и из-за магазина… Но когда я набралась смелости, то решила не тянуть. Надеюсь, ты меня поймешь.
— Ханна, Ханна, — вздохнула Элли. — Ты не можешь вот так взять и уйти. Мы со всем этим разберемся.
Если бы она знала, как это сделать! Барнард и на краю могилы будет надеяться, что за ним приедет сын А не этой ли надеждой он, собственно, и живет? Как его за это осуждать?
— От этого всем будет только лучше, — повторила Ханна и, не говоря больше ни слова, двинулась к