Кайнокъ стр. 154
Пихто, — огрызнулся, потому что не до разговора было, спазмы то пережимали, то отпускали горло. — Ты, парень… Того… Беги… Туда… Корнею помогай… Помогай… Уходят ведь… Уходят, сволочи…
И прямо от живота выстрелил в пулеметчика.
Глава сорок пятая
В приказе Пирогова была сформулирована задача: разыскать Игушеву, но не был назван срок. На четвертое утро чуть свет, пока еще спали, свернувшись по-щенячьи, мальчишки, Полина проверила остатки провизии и поняла, что пора срочно возвращаться или возвращать ребят домой. Она разбудила Саблину. Та подхватилась, как суматошная курица. Круглое лицо ее было помято, чумазо и потешно со сна.
— Только не тарахти, — сказала Ткачук. — Идем в сторонку, надо обговорить кое-что.
— Никак новости приснились?
Полина рассказала о результатах ревизии. Спросила совета.
— Всей ярмонкой уходить надо, — решительно заявила Саблина. — Лелька дома давно. Поди, картовные оладышки трескает.
— А ест и не дома? Если за той горкой? Сидит — скрючилась, идти не может.
— Чо крючитъся-то? Вона кустов сколь!
— Не хами. Дело серьезное.
Саблина сложила недоуменную рожицу.
— Ты сама спросила, какое мое мнение. И сама рот затыкаешь… А коли так, сама и командуй.
Легко тебе, Анна Саблина, говорить: командуй. Да не легче от этого ноша старшего. Эта ноша изводит сильней, чем дождь, ветер, скитание под открытым небом, ожидание встречи со злыми людьми.
— Ладно, — сказала Полина. — Еще сегодня… А завтра уже все…
После полудня она поняла, что, идя против солнца, они дали большой круг на месте. Просто плутали. Перед вечером, поднявшись на гору, чтоб оглядеться, они неожиданно увидели перед собой неширокую крутобокую долину, наполненную сизым дымом, как корыто мыльной пеной. В клочьях этой пены виднелись овцы, а дальше, на возвышении, приподнятом над дымом, ходили, сидели какие-то люди.
— Ой, кудай-то нас ненузданная привела? — удивилась Саблина. Лупоглазая «репка» осветилась радостью.
— Сядь, — приказала Ткачук. — Сядь — не маячь… Всем сесть и затаиться.
— Ты чо? — удивилась Анна, но встретила нахмуренный взгляд Полины, бочком-бочком опустилась на камень. Ребята вслед за ней повалились с ног. Лишь Яшка Липатов остался торчать свечой, покровительственно ухмыляясь.
— Тебя не касается? — прикрикнула Полина. — А ну!..
Яшка степенно пожал плечами, степенно сел, предварительно оглядев местечко под собой.
— Ты, глупая голова, в армию собрался, а приказы не слушаешь.
— Прика-азы… Дрейф, а не приказ…
Полина не стала препираться. Не до тоги. У самой сердце съежилось от предчувствия.
— Слушайте все… Никаких разговоров… Никаких хождений… Вы, ребята, назад отойдите. Лучше туда. — Показала за спину, где шелестели листвой кустики. — Отойдите туда и смотрите по сторонам. Кого увидите, не шумите. Мне докладывать.
Она еще боялась признаться себе, что чувствовала, но ум работал быстро, в голосе звучала сухая властность.
— Яшка, посмотри в той стороне какое-нибудь прикрытие. — Провела глазами по кромке склона. — Только башку не задирай. Как в разведке!..
— Во дает, — пробормотал Липатов, укладываясь на бок.
— Пушку свою оставь, Аника-воин.
Яшка выпустил ружьишко, которое таскал все эти дни, повесив через грудь, на локтях и коленях пополз в указанном направлении.
— Ты думаешь?.. — спросила Анна, когда девушки остались вдвоем. «Репка» вытянулась, глаза лезли из орбит, смотрели потрясенно.
— Больше некому…
Двое мальчишек, которые устали делать одно и то же — с утра до ночи бродить в общей цепочке-граблях по долинам, взбираться на склоны, спины отрогов, защитным чутьем ощутили опасность