Библиотека

Камень. Бронза. Железо стр. 80

Размер шрифта
-
+
Тема

60 и... резко затормозил. Метрах в двадцати перед нами дорога-красавица, прямая, как стрела, обрывалась в распадок. Дорога в никуда!..

Палыч помянул добрым словом дорожников и остался при машине, а мы двинулись пешком через урман. Мрачная озёрная котловина. Огромные ели (старое название озера — Заеленье), сырость, едва заметная неровная тропинка. Форсировали небольшую речушку в её истоке из озера, поднялись по крутому, высокому склону и оказались в Москве. Впрочем, не сразу. Приветливо раскланявшись с первым встречным, старичком в выцветшей солдатской рубахе, я спросил: “Отец, это Москва?” — “Нет!” Немая сцена... Дед выдержал паузу не хуже артиста Качалова и уточнил: “Это — Красная Москва”. У меня отлегло от сердца. Переименование, конечно, весьма двусмысленное, учитывая жизненные условия на этом плацдарме. Но люди всё-таки живут и малую свою родину любят. А ведь бывают топонимические казусы и вовсе драматического свойства. Например, в Бельском районе деревню Екатерининское переименовали в Новую Жизнь, и в ней не осталось ни одного жителя. Десятки пустых домов, почти ничего внутри не нарушено, а людей нет. Недавно вернули старое название. Говорят, люди опять стали возвращаться.

Разговорился с дедом... “Немцы-то, — спрашиваю, — сюда прошли?” — “Нет, утопло в урмане несколько ихних “тигров”, не доходя деревни. Пешком приходили трое, так мы их топорами зарубили. Больше не совались”. Старик помолчал и гордо, веско произнёс: “Ни одну Москву немец не взял!”. Выстраданные слова. Сердце моё дрогнуло и глаза защипало. Ведь речь идёт о родине, волею судеб получившей то же имя, что и главный город страны. Отстояли! И этот подвиг, о котором и не слышал-то никто, стоит в том же ряду, что и оборона столицы и контрнаступление под Москвой. Мы с дедом встретились глазами, пожали руки, и встреча эта осталась во мне навсегда.

А древностей мы на озере не нашли. Берега неровные, очень высокие, сложены каменистой и глинистой мореной. Пейзаж для неолита мало подходящий. Но охотники и рыболовы того времени на озере всё-таки бывали. Свидетельство тому — прекрасное кремнёвое тесло, подобранное на глинистом склоне, где никакого поселения быть просто не могло.

Потеряли...

Вернулись мы к машине, и Палыч нас порадовал: “Хоть в Москву вы меня не взяли, я тут наломал в Подмосковье ведро белых. В радиусе двадцати метров от машины”. Впрочем, и мы принесли грибов ничуть не меньше.

Главной нашей целью на этом этапе разведки значилась съёмка и описание курганов близ деревни Любино. Они располагались несколькими группами, занимая узкий водораздел Западной Двины, Полы и Волги. Здесь и длинные насыпи второй половины 1 тыс. н. э., и

сопковидные, и сменившие их полусферические. К сожалению, первый же курган, нами увиденный, оказался почти полностью снесён бульдозером. Механизатор удовлетворял любопытство, пополняя недополученные в школе знания по древней истории. Но разве этот парень виноват, что культурная революция идёт по очень странной траектории, не задевая коренную Россию?!

Далее путь лежал мимо сказочно красивого Лучанского озера с тремя городищами на берегах, с шапками лесистых островов над зеркалом вод; мимо знаменитых в археологии деревень Волок и Песчаха, где Я.В. Станкевич нашла укреплённые поселения раннего железного века и средневековья; вверх по великой труженице Волкоте, приносящей больше всего влаги в Западную Двину, собирая воду с десятков озёр...

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.