Камень. Книга 11 стр. 29
доходчиво обрисовал Ольденбургским все не очень весёлые перспективы, связанные с нахождением принцессы рядом со мной. Естественно, Соня попыталась аккуратно выведать у меня подробности, в которые русский император Ольденбургских не посвятил, но на мой отказ делиться информацией не обиделась и при разговоре со мной демонстративно придерживала бокал с соком таким образом, чтобы он постоянно находился у неё в поле зрения. А вот вторая часть нашей с ней беседы началась с претензий девушки в мой адрес:
— Алексей, что вообще происходит между тобой и этой баронессой фон Мольтке? Особенно меня интересует этот вопрос в свете нашей с тобой скорой помолвки.
Ясно — царственный дед Ольденбургским уже намекнул, чтобы готовились к этому эпохальному событию. Заботу же о безопасности членов правящего рода Норвегии дедуля обосновал скорым родством с Романовыми. А что касается баронессы — подходящих «отмазок» мне в голову всё не приходило, поэтому я решил отделаться виноватыми междометьями:
— Ну… понимаешь, Соня, там такое дело… не всё так однозначно…
Девушка смотрела на меня с подозрением:
— Опять тайны на ровном месте разводишь, Алексей? — упрекнула она меня. — Ты понимаешь, что после нашей с тобой официальной помолвки подобное твоё публичное поведение будет неприемлемым?
— Догадываюсь… — пробормотал я.
— Вот и не заставляй меня в тебе разочаровываться. — Девушка вздохнула, а я почуял, что гроза миновала. — И вообще, со стороны вся эта твоя ситуация с баронессой смотрится как начало бурного курортного романа, и, кстати, все без исключения зрители в это свято верят, в том числе и твои русские подружки. Я же вижу, что фон Мольтке тебя беззастенчиво использует, а ты, прекрасно это понимая, не только ей не препятствуешь по своему обыкновению, но и демонстративно во всём потакаешь. Причём о сексуальном влечении ни с той ни с другой стороны говорить не приходится. Алексей, признайся, — Соня смотрела на меня со скрытой надеждой, — тебя немецкие спецслужбы с помощью этой баронессы пытаются поймать в «медовую ловушку», а ты как бы делаешь вид, что попался, и, в свою очередь, попытаешься сделать из фон Мольтке двойного агента?
«Чего, бл@дь? Какая медовая ловушка? Какой к чёрту двойной агент?» — эти мысли вихрем пронеслись в голове. А следом пришла другая мысля: «Алексей, не совершай опять эту ошибку — не суди по себе! Это ты с детства воспитывался профессионально деформированным Прохором, являющимся действующим сотрудником Тайной канцелярии, а дедом у тебя был знаменитый генерал Пожарский! Ещё и в лицее пришлось себя резко до жестокости ставить — спасибо мутному происхождению! Да и последние полгода дорогого стоят в плане взросления и опыта. А Соня? Почёт и уважение ото всех окружающих с пелёнок! Спецпредметы с рукопашным боем и полигон со стихиями воспринимаются как развлечение, а не как образ жизни! Ещё девочке всего шестнадцать лет, а на книжных полках в её покоях без всяких сомнений полно женских бульварных романов, в том числе и с якобы детективным уклоном и с подробным описанием этих самых «медовых ловушек»! И тут она, сама того не понимая, но чувствуя, становится свидетельницей захватывающего действа, как под копирку списанного с дешёвого бульварного романа! И кто я такой, чтобы судить Соню, если даже мои братья — Николай и Александр — уверены, что у меня с