Камень. Книга 11 стр. 8
при таких раскладах не вышла из-под контроля!
— Ваня, ты о чем? — не понял я.
— Сейчас все сам увидишь…
И действительно, на причале вовсю шла явная подготовка к поединку на мечах: Акихито надел на руки Ранбара браслеты, Прохор же, скинувший с головы балаклаву, с полупоклоном вручил одну из катан индийскому принцу, который эту катану принял с таким же уважительным полупоклоном. Пока Акихито что-то говорил внимательно слушающим его «дуэлянтам», до наблюдавшего все это с яхты общества начала доходить суть происходящего. Реакция воспоследовала незамедлительно:
— Господа, минуточку! — рявкнул мой царственный дед, обращаясь к троице, находящейся на причале. — Мы не можем позволить вам лишить нас всей полноты удовольствия от хорошего поединка! — Император сделал паузу, оглядев уже присутствующих на яхте, и громко провозгласил: — Два миллиона рублей на господина Белобородова!
— Два миллиона на господина Сингха! — ответил кто-то.
— Полтора на русского!..
— Три на индийца!..
— Полтора…
— Миллион…
В конце концов принимать ставки доверили князю Гримальди, и никто, что характерно, даже не подумал уточнять условия поединка — родовитая публика уже вовсю предавалась «всей полноте удовольствий»! Не остался в стороне и я, правда, после настоятельных увещеваний Кузьмина:
— Царевич, поставь за меня на Петровича тот лям, который положен мне по итогам мафиозной темы, — канючил он. — Чего тебе стоит? Бабки сами в руки плывут!
Вздохнув, я кивнул и направился к князю Монако:
— Ваше высочество, пять миллионов рублей на господина Белобородова, — достаточно громко озвучил ставку я.
— Принято! — хмыкнул тот и не удержался от комментария: — Пожалуй, и я три миллиона на Прохора Петровича поставлю, раз ты, Алексей, так в его победе уверен.
Те «азартные Парамошки», которые еще не успели сделать свои ставки, слыша наш с Гримальди разговор, явно задумались, но большая их часть все же отдала предпочтение индийцу.
Минут через десять прием ставок был закончен, на пристань спустился «матрос» в белом халате, несший в руках большой чемодан с красным крестом на боку, и князь Монако объявил, что «состязание» может быть начато. И оно началось…
Акихито, выполнявший роль судьи, отошел от «дуэлянтов» на несколько шагов, поднял правую руку и резко ее опустил, сопроводив жест звуковой командой на английском:
— Бой!
Классическая стойка Прохора для боя на саблях с практически прижатой к корпусу правой рукой и отведенной назад левой была мне знакома, как и хват катаны только правой рукой, а вот то, что Ранбар встанет в аналогичную стойку, вызвало некоторое недоумение. Ванюша Кузьмин, будто прочитав мои мысли, заметил:
— У индийца были учителя из Европы, царевич, иначе у бедолаги вообще не было бы шансов…
— Ясно… — кивнул я.
А Ранбар в это время уже успел сделать пару пробных выпадов в сторону Прохора, которые, впрочем, были без труда отбиты моим воспитателем… Еще пара выпадов — и наконец «господин Белобородов» решил ответить…
Эта очень быстрая многоуровневая атака с ложными обозначениям целей на теле индийского принца была совсем не похожа на то, как показывают бои на саблях, катанах, шашках, рапирах и тому подобном в художественных фильмах — не было красивых замахиваний с подавляющими волю противника гримасами, не было картинных поз с поэтическими названиями типа «удовлетворенная самка богомола убивает бывшего в употреблении самца» или «жало из попки скорпиона разит прямо в глаз»,