Камень. Книга 8 стр. 46
их на старшую сестру оставим. В покоях не то… Большой кабинет я отдал во временное пользование Борисычу… Может, в твоем кабинете?
— Через пятнадцать минут там и встречаемся.
Когда Прохор закрыл дверь, я не удержался и ободряюще улыбнулся жавшейся к супругу Кузьминой:
— Наталья Вячеславовна, да не переживайте вы так, здесь все свои.
— Я постараюсь, Алексей Александрович, — выдавила она из себя.
— Просто Алексей и на «ты». А поговорить я хотел вот о чем… Иван, как вы с Натальей Вячеславовной представляете свое будущее?
Кузьмины переглянулись.
— Царевич, ты это… слишком уж глобально хватил… — поморщился колдун.
— Хорошо, начнем с самого ближайшего будущего. В нашем особняке очень много свободного места, а для детей так и вообще раздолье с куском леса на заднем дворе, да и присмотреть за ними есть кому. Ходить вокруг да около не буду, а предложу вашей семье остановиться пока здесь, дальше видно будет. Так как?
Кузьмины опять переглянулись, и Иван кивнул:
— Мы согласны, но с условием, что, когда захотим чего-нибудь своего, отдельного, то…
— Ваня, мы с тобой на эту тему уже говорили, в ваших с Натальей Вячеславовной интересах и интересах ваших детей держаться пока ко мне как можно ближе. — Колдун на это опять кивнул. — Идем дальше. Будь так добр, сообщи Прохору о способностях сыновей.
Кузьмин вздохнул и коротенько выдал другу требуемую информацию, переварив которую воспитатель только крякнул, но от комментариев воздержался.
— А теперь нам с Прохором хотелось бы услышать краткую биографию матушки Натальи, — я опять растянул улыбку на максимум. — Версию Тайной канцелярии я уже слышал.
Кузьмины нахмурились, а воспитатель только тяжело вздохнул, уселся поудобнее и скрестил руки на груди.
— Смелее, дорогие мои, — хмыкнул я.
За следующие десять минут Наталья Вячеславовна поведала историю своей жизни, которая не сильно-то и отличалась от того, что мне рассказал вчера Пафнутьев. Новым было лишь то, что касалось последних десяти лет — жизнь с Иваном на нелегальном положении, отказ от практики лечения других людей, рождение сыновей и их домашнее воспитание.
— Наталья Вячеславовна, вы с Тайной канцелярией сотрудничать отказались, а за самого натурального бандита, бывшего сотрудника этой самой Канцелярии, замуж вышли, да еще и детей родили. Как так?
— Любовь зла… — она опустила глаза и вздохнула. — И Ваня не бандит! Так уж у него судьба сложилась…
— Ясно. Теперь вы не на нелегальном положении, что дальше делать собираетесь? Детей воспитывать, сидя дома?
И опять это переглядывание, закончившееся разрешающим кивком Ивана.
— Доучиться на медика хотела… А дом и дети никуда не денутся.
— Что насчет лечения других людей? Навыки не утрачены?
— Я стала еще сильнее, Алексей Александрович, — вскинулась она. — Очень бы хотелось продолжить практику, но я же понимаю, что сейчас состою в роду Романовых, и как старшие родичи скажут, так и будет…
— Иван, самостоятельно разговаривай на эту тему с моим отцом.
— Спасибо, царевич! — благодарно кивнул он.
Я же опять посмотрел на супругу колдуна:
— Наталья Вячеславовна, меня очень интересуют ваши способности, но о них мы с вами поговорим позже, когда я вернусь из Монако. Договорились?
— Договорились. Но, боюсь, вас я научить ничему новому не смогу.
— Почему?
— Я видела вчера, что вы сделали с князем Дашковым, это для меня просто запредельный уровень! — И быстро добавила: —