Камень. Книга 8 стр. 67
благодаря тебе! — она чмокнула меня в щечку.
— Прежде всего, благодаря себе, Лесенька, а уж потом… Что хоть за заказы?
— Юбилеи всякие у главных родов.
— Понятно. Как там бабушка моя с тобой себя вела, не обижала?
— Что ты, нет! Но намекнула, что медленные танцы с тобой были лишними.
— Мне она уже тоже успела об этом сказать, зато теперь к тебе, как ты тогда выразилась, никто не полезет с сальными предложениями.
— А если полезет? — она провела коготками по моей груди. — Ты же защитишь бедную девушку?
— На британский флаг наглеца порву! — прорычал я.
— А если ко мне воспылает чувствами особа женского пола? — хихикнула она. — В творческой среде и у богемы это не считается чем-то из ряда вон…
— Попрошу у бабушки пару валькирий, они этой… особе женского пола быстро за правильную ориентацию пояснят. Кстати, к бабушке можно не обращаться, а сразу переговорить с твоими сестрами. Уверен, они подобную акцию проведут с большим удовольствием и на пару порядков эффективнее, чем валькирии. Хотя показательность процесса, опять же, пропадет.
— Сестренки могут! — опять хихикнула она. — Главное, чтобы папа не узнал, а то случится с воспылавшей несчастный случай, а она ведь просто хотела любить и быть любимой…
— Похоть она хотела свою противоестественную удовлетворить, вот и все. А Виталий Борисович, тут ты права, вполне может решить вопрос столь радикальным способом… — я практически повторил слова Алексии и решил сменить тему. — Что тебе из Монако привезти?
— Себя, Лешенька, остальное — мелочи. Ну и духов французских каких-нибудь на твой вкус и вина, чтобы мы с тобой возвращение отметили.
— Сумочки, шмотье, модные аксессуары?
— Буду не против, — девушка опять провела коготками по моей груди. — Только из актуальных коллекций, Лешенька.
— Я это вопрос Маше с Варей поручу, они в этих актуальных коллекциях явно лучше меня разбираются. Будешь потом окружающим таинственно говорить, что эта шмотка есть только у тебя и великих княжон.
— Понимающие люди и без слов это поймут, Лешка. Может, уже будем спать? А то тебе завтра рано вставать.
— В самолете досплю…
***
В самолете поспать не удалось…
…С самого утра в особняке царила суета, организованная детьми Михеевых и Кузьминых, которые изо всех своих небольших сил пытались помочь взрослым с переноской чемоданов в гостиную. Не отставали и Петровы, вернее, в предыстеричном состоянии находилась Ангелина Ивановна, до которой только сейчас полностью дошло, с кем именно и куда именно она с семьей собралась на отдых. Сам Владимир Александрович был абсолютно спокоен, поглядывал на суетящуюся супругу с привычной улыбкой, но комментариев не давал.
— Кристина уже два раза мне звонила, — признался Сашка, — волнуется…
— А я тебе что говорил, Шурка? — хмыкнул я. — Как малой?
— Малой мне и родителям все уши прожужжал морской прогулкой на яхте, — он покосился на младшего брата. — С маской понырять хочет.
— Наныряется, — заверил я. — Ты приблуды свои для рисования не забыл?
— В первую очередь сложил.
— Вот и молодец…
Прохору собираться помогала Екатерина, так и жившая у моего воспитателя в покоях, Ивану помогала его матушка Наталья, еще раз проверившая чемоданы супруга в гостиной. Николай с Александром справлялись своими силами, меня же опекала многоопытная Алексия, для которой подобные поездки были привычным делом, одни Пафнутьевы, сидя на диване, наблюдали за нашими