Камень. Книга 8 стр. 77
вообще происходит? — нахмурился я. — Меня что, опять любимые родичи в темную играют?
— Могу сказать только одно, сынка, — воспитатель посерьезнел, — все будет зависеть только от того, как договорятся противные стороны и какое решение ты примешь.
— Или от того решения, к которому меня подведут?
— Не тот случай, все гораздо сложнее, поверь. — Он нагнулся, поднял с песка непонятно как попавший сюда кусок гальки и резким кистевым движением пустил по волнам «блинчик». — Двадцать, двадцать один… Теряю хватку… Лешка, дождись завтрашнего ужина, а пока просто отдыхай… Там еще не совсем все ясно, — воспитатель неопределенно помахал рукой. — Договорились?
— Постараюсь, — вздохнул я.
— И почему ты мне не говоришь о вашей договоренности с Джузеппе по поводу яхты?
— Забыл, — поморщился я, предполагая, что Прохор мог получить эту информацию через дворцовых, прикрепленных к Николаю с Александром. — Подозреваю, есть нюансы?
— Правильно подозреваешь. Завтра вон в той марине, — воспитатель указал на ближайшие к нам катера, — будет стоять роскошная яхта, любезно предоставленная роду Романовых родом Бурбонов, но с полностью российским специфическим экипажем, способным решать задачи любой сложности как на море, так и на суше.
И опять этот зуд, пробежавший по всему телу…
— Прохор, я стесняюсь спросить, мы кого воевать пойдем?
— Сынка, — воспитатель смотрел на меня с явным одобрением, — ты кулаки-то разожми и позу поменяй на менее напряженную, а то взяли мы тут с собой одного… которому ты с барского плеча немецкие железяки даришь… Он ведь, собака бешенная, чует все происходящее на километры вокруг и допрос мне с пристрастием обязательно устроит, а я морем хочу спокойно подышать хоть пару денечков, косточки на солнышке погреть и пивка местного выпить…
— Бурбоны в теме? — расслабился я.
Прохор же не удостоил меня ответом, развернулся и медленно зашагал к нашей большой компании, напевая себе под нос куплет одной известной песенки:
Какое небо голубое,
Мы не сторонники разбоя:
На хвастуна не нужен нож,
Ему немного подпоешь –
И делай с ним, что хошь!
***
Наш общий обед в таком же роскошном и пафосном, как и сам отель, ресторане пошел не по плану и был прерван громкими звуками выхлопных труб нескольких мотоциклов, владельцы которых решили запарковаться прямо напротив входа в рестик. Причем, даже запарковавшись, эти три мотоциклиста при полной экипировке и в тонированных шлемах продолжали газовать, да так, что дрожали окна заведения.
— Кто это у нас там такой дерзкий? — поморщился Андрей Долгорукий, сидевший за нашим столиком.
— А ты догадайся с первого раза, Дюша, — я поднялся и направился к выходу, краем глаза замечая, что и остальной малый свет встает из-за своих столов.
К моему немалому удивлению, рядом с тремя «дерзкими» на красных спортбайках уже парковали такие же ярко-красные байки двое моих дворцовых, внешний вид которых вполне соответствовал их повседневному аутфиту, а еще двое дворцовых, охранявших вход в ресторан, взирали на все происходящее с огромным интересом, но никаких попыток воспрепятствовать творящемуся «беспределу» не предпринимали.
— Леха! Послушай, какая моща! — братец Николай открыл «забрало» на шлеме и принялся газовать.
А я обратил внимание, что гуляющий по площади народ стал останавливаться, поглядывая то в нашу сторону, то на прохаживающегося недалеко полицейского, старательно делающего вид, что ничего не замечает.
— Ducati, Леха! — заорал Николай. — Тысяча триста кубиков! — Теперь