Камень Книга вторая. Станислав Минин стр. 25
исключением того, что жизнь вскоре станет намного сложнее, я решил пока об этом обо всём не думать. Дальше будет видно…
***
– Докладывай, Виталий Борисович. – сказал Император Пафнутьеву, устраиваясь поудобнее за столом в своём рабочем кабинете.
– Работа ведется, Государь. – поклонился сотрудник Тайной канцелярии Императору, Цесаревичу и Великому князю Владимиру. – Князь Гагарин с сыном много чего интересного о своих делах уже рассказали, и расскажут ещё, я уверен. – криво улыбнулся Пафнутьев. – Такая же работа ведётся и всеми региональными подразделениями по всей Империи. Корпус активно помогает.
– Сколько ещё вам надо времени? – поинтересовался Император.
– Три-четыре дня минимум, Государь. Очень много информации приходится проверять и перепроверять.
– Что с родичами Гагарина?
– Пока у нас. Во избежание, так сказать…
– Хорошо, Виталий. – кивнул Император. – Если что-то срочное, связывайся с Александром Николаевичем. Доклад каждый день.
Понял, Государь. – Пафнутьев кивнул и покинул кабинет.
Глава 3.
Проснулись мы опять втроём. Вчера, когда вернулись с дедом и Прохором из соседнего поместья, девушки уже легли спать, и, что характерно, свои комнаты они опять проигнорировали.
Вставать совсем не хотелось, и я просто лежал с закрытыми глазами, слушая, как девушки перебрасываются фразами:
— Леся, тебе не кажется, что Пожарский ведёт себя совершенно возмутительным образом? Сам пригласил, а видим мы его фактически только вечером и утром? Может он себе кого на стороне завёл? Тебе так не кажется?
— Да нет, Вика. Он же всё время с Михаилом Николаевичем и Прохором уезжает. Надеюсь, они там за ним присматривают.
– И то верно. – протянула Вяземская. – Да и вчера они на этой драндулетке в сторону поместья Романовых покатили, там одна дорога, служила — знаю. Да и Михаил Николаевич любитель к Императору с Великим князем Владимиром именно так на рюмку-другую заглянуть. Не раз наблюдала.
– Тогда мы можем быть спокойны, Вика. По крайней мере, Лёшка не по бабам пошёл.
— Но всё равно интересно, Леся, что у него за дела такие с Романовыми. – Вика внезапно схватила меня за шею. — Говори, Пожарский! Я вижу, что ты не спишь, ресницы дрожат!
Свой смех я попытался замаскировать под кашель, но вышло это у меня плохо, и, в конце концов, я просто расхохотался – Вика была просто неподражаема в своей нелепой, но действенной попытке удовлетворить женское любопытство!
– Быстро говори! – ударила она меня своим маленьким кулачком в грудь, дождавшись, когда я чуть успокоюсь.
– Вообще не понимаю, о чём ты, Вика! -- пришлось себя сдерживать от очередного приступа смеха, глядя как выражение лица девушки меняется на обиженное.
– Леся, держи его! Сейчас он нам всё сам расскажет! – рыжая копна волос опустилась мне на грудь и неторопливо стала спускаться вниз. – Что это тут у нас такое?
Пытали меня долго, вдумчиво, никуда не торопясь, постоянно меняясь и придумывая всё более и более изысканные методы извлечения информации. Но я не сказал ни словечка! Ни единого!
– Камень и есть камень! – устроившись у меня на плече, заявила Вика.
– Почему Камень? – спросила Леся, закинувшая по своей привычке на меня ногу.
– А что, Пожарский