Камень Книга вторая. Станислав Минин стр. 97
свершившейся мести Вика, прыгая на месте. – Будете знать, как беззащитных девушек обижать!
– Это ты-то беззащитная? – прохрипел Николай. – Ниндзя хренова! Кто мне по морде очень профессионально пару раз засадил?
– Вы меня с кем-то путаете, Ваше Императорское высочество! – подчёркнуто равнодушно отмахнулась девушка. – Лёшка, как ты их! Раз-раз, и повержены злобные вороги!
– Вика, мне просто повезло. – усмехнулся я.
– Ага… Повезло… – держась за ухо, уселся на траву Александр. – Давно мне так не прилетало… До сих пор в башке звон стоит! Лёшка, давай хоть иногда тренироваться вместе?
– Да, давай? – поддержал брата Николай.
– Без вопросов. – кивнул я. – А сколько время? И что за бои без правил вы тут устроили?
Время было десять часов утра. А встретились Великие князья, Сашка Петров, Прохор и Вика на завтраке, после которого решили пойти на пляж. Неугомонная Вяземская подколола Николая с Александром насчёт того, что они де, небось, даже сегодня ходят с трудом, не говоря уже про плаванье в море – все силы на весёлых девок потратили. Слово за слово… И дело дошло до выяснения отношений с помощью дружеского спарринга. Один Сашка Петров махнул рукой на подобные развлечения и удалился на море в гордом одиночестве.
– Как он себя ночью-то проявил? – хмыкнув, поинтересовался я.
– Нормально проявил. – ухмыльнулся Николай. – Не переживай.
– А девки где?
– До завтрака в город отправили. Заплатили мы им нормально и телефончики на всякий случай взяли. Так что… – он запнулся, глянув на Вику.
– Никаких «так что»! – нахмурилась та.
– Да я просто сказал… – подмигнул мне Николай. – На море-то пойдём?
– Вы идите, а нам с Лесей ещё позавтракать надо. Позже к вам присоединимся.
На пляже мы появились только после одиннадцати. Когда подошли к нашей компании, то обратили внимание, что они все что-то разглядывают,
собравшись под одним из зонтов.
– Нате, гляньте! – Прохор протянул нам с Лесей листок.
Я так понял, это Сашка Петров, по тихой грусти, упражнялся в живописи на мотивы ночного разврата. На листе из его альбома была изображена обнажённая девушка в весьма фривольной позе. Хоть и был рисунок написан карандашом, этот Рембрандт Смоленский умудрился сделать девушку практически живой и крайне сексуальной, без всякой там развязной пошлости, вычурности и дурновкусия.
– Ещё держите. – Прохор протянул очередной рисунок уже другой девушки, да и поза была другая.
Эффект тот же…
– Да как он умудряется-то? – прошептала Леся. – Чистое искусство! Никакой порнографии!
– У меня вопрос тот же. – кивнул мой воспитатель. – Вы на Великих князей гляньте.
Оба моих брата напоминали детей, которым первый раз в их жизни подарили кубики, и они ещё не сообразили, что с этими кубиками делать – рты чуть приоткрыты, лбы наморщены, взгляды крайне сосредоточены.
– Э-э-э… Сашок… Подари рисунки… – отвлёкся, наконец, Николай, и посмотрел на Петрова. – В училище все охренеют!
– Да какое там охренеют! Все просто оху…еют! – Александр был более эмоционален.
А Сашка покраснел ещё больше.
– Подарить им для училища! Ещё чего! – ухмыльнулась Вяземская. – Знаю я ваше училище,