Каникулы выдумщицы стр. 27
Карабурденко. – Я к вашим окнам и на пушечный выстрел больше не подойду!
– Да, я был бы очень благодарен, – проскрипел Карабурденко, брезгливо отбрасывая от себя пуговицу. – И, вообще, неплохо бы сначала музыкальную школу закончить, а потом на людях играть…
Рыжий удрал, а Карабурденко остался стоять на месте, с ненавистью разглядывая растущий у дороги куст чертополоха.
– Развели тут, понимаешь, сорняки! – долетело до Муси.
«Может быть, не стоит к нему сейчас подходить? – мелькнуло у нее в голове. – Когда-нибудь потом, когда он будет в настроении…»
Но тут она вспомнила, что Карабурденко никогда не бывает в настроении, он вечно чем-то недоволен. «Нет, сейчас или никогда! Если он узнает, что я его поклонница, то не будет таким злым…»
Прижимая руками к груди книгу, Муся робко приблизилась к Ивану Ивановичу.
– Здравствуйте! – приветливо произнесла она, старательно улыбаясь.
– А? Что? – недовольно оглянулся Карабурденко. – Добрый день, барышня. Только совсем необязательно приставать к людям с глупой вежливостью… мне ваше «здравствуйте» здоровья не прибавит.
– А… Простите… – пролепетала Муся. – Но я не просто так! Иван Иванович… Ведь это вы – Полина Истокова?
– Ну и что? – недовольно буркнул тот. – Вам-то какое дело? Имею полное право называться как хочу…
– Я… я ваша поклонница, – продолжила Муся, стараясь изо всех сил быть любезной. – Не могли бы вы дать мне автограф?
И она протянула вперед книгу дрожащей рукой. Она все еще надеялась, что Карабурденко смягчится и подобреет, когда узнает, что она его поклонница, но, странное дело, этого человека ничем нельзя было прошибить.
– А, мой последний роман… – кисло пробормотал он, взглянув на обложку. – Какая гадость… так промучился над его концовкой! Детка, а вы в курсе, что это чтение для взрослых? Не кажется ли вам, что в вашем нежном возрасте более пристало читать сказки Андерсена и басни Крылова?..
Самым обидным было то, что он выражался в таких изысканных оборотах, да еще на «вы»!
– Но… но я очень люблю… – начала она
дрожащим голосом, в то же время чувствуя, что никогда не возьмет больше в руки ни одного романа Полины Истоковой. – Как вы можете…
Карабурденко смотрел на нее с таким равнодушием и недовольством, что у Муси вдруг взорвалось все внутри. Нельзя так относиться к своим поклонникам!
– Вы плохой человек, – неожиданно для себя самой выкрикнула она. – Вы злой! И ваши книги – все вранье…
И она швырнула «Скажи мне «Да!» подальше от себя, чуть не попав Карабурденко в голову.
Она не стала слушать, что ответит ей этот человек, и бросилась бежать. Куда она бежала, она не знала. Мчалась сломя голову… Внутри у Муси все дрожало. Никому нельзя верить. Взрослые всегда врут!
Она смогла остановиться только в конце самой заброшенной аллеи, где было полутемно и тесно от деревьев. Как описать то разочарование, которое овладело ею? Мусе казалось, что больше в своей жизни она ни одной книжки не прочитает. И даже музыку слушать не станет – потому что все музыканты и певцы тоже, наверное, притворяются – поют про любовь, а сами делают другим людям гадости…
Она села под большой куст бузины и обхватила колени руками. Ей сейчас хотелось побыть одной, чтобы никто ее не видел и не слышал, даже с Катериной она не хотела обсуждать