Карнакки - охотник за привидениями стр. 16
теряешь самообладание. И тогда остается только сесть где-нибудь и до самого утра называть себя трусом. Подчас в этом, на мой взгляд, кроется нечто большее, чем осторожность. Нечто как бы предупреждает тебя и борется, стараясь тебя выручить. Но, тем не менее, после подобных мгновений я всегда кажусь себе жалким ничтожеством.
Когда достаточно рассвело, я открыл дверь и, держа пистолет наготове, крадучись направился вдоль коридора. Мне пришлось идти мимо лестницы, и кого же я увидел на ней? Конечно же, старого дворецкого с чашкой кофе в руке. Он только заправил в брюки ночную рубашку и вставил ноги в шлепанцы.
— Привет, Питер! — сказал я, ощутив внезапный прилив бодрости; увидев рядом с собой живого человека я почувствовал себя истинно счастливым. — Куда же вы запропастились с завтраком?
Старик вздрогнул и пролил немного кофе. Он обратил ко мне свое лицо, и я заметил, как он побледнел и осунулся. Поднявшись наверх лестницы, он протянул мне небольшой поднос.
— Я подлинно счастлив, сэр, видеть вас в добром здравии, — сказал он. — Я даже опасался одно время, что вы рискнете войти в Серую комнату, сэр. Я пролежал без сна всю ночь, прислушиваясь к хлопанью двери. А когда рассвело, подумал, что неплохо бы принести вам чашечку кофе. Конечно, вы захотите осмотреть все печати,
и, на мой взгляд, безопаснее это делать вдвоем, сэр.
— Питер, — сказал я, принимая кофе, — вы молодчина. Очень любезно с вашей стороны.
Выпив кофе, я передал ему назад поднос и сказал:
— Пойдемте. Я намереваюсь посмотреть, что там натворили эти чудища. Ночью мне просто не хватило отваги.
— Весьма благодарен, сэр, — ответил он. — Плоть и кровь бессильны против бесов, сэр; а именно они посещают Серую комнату после наступления темноты.
Попутно я осмотрел печати на всех дверях и нашел что все в порядке; однако на двери в Серую комнату печать была сломана, хотя карточка моя оставалась на замочной скважине. Сорвав ее, я отпер дверь и вошел внутрь — достаточно осторожно, как вы можете себе представить; однако во всей комнате не было ничего такого, что могло бы испугать меня… потом она была буквально залита светом. Я проверил все натянутые мной ленты, потревоженных не обнаружилось. Старый дворецкий последовал за мной, а потом вдруг воскликнул:
— Постельное белье, сэр!
Я подбежал к постели и увидел, что все белье скомкано и лежит в углу слева от постели. Боже, вы и представить не можете, насколько странно это было! Итак, нечто все-таки побывало в этой комнате. Я не сразу отошел от постели к лежавшим на полу простыням. У меня не было никакого желания прикасаться к ним, как, впрочем, и к самой постели. Старина Питер, однако, не испытывал подобного стеснения. Он нагнулся к покрывалам, собираясь поднять их, как, вне всякого сомнения, делал каждый день все эти двадцать лет; но я остановил его. Не следовало ничего трогать, пока я не закончил свое обследование. На него я и потратил, наверное, целый час, а потом позволил Питеру застелить постель; после чего мы вышли наружу, и я запер дверь: комната начинала действовать мне на нервы.
Потом я немного прошелся и позавтракал, после чего ощутил себя более или менее в своей тарелке и вернулся в Серую комнату,