Каждый день как последний стр. 230
— Есть топор. — Он уставился на нее с неподдельным ужасом. — Перерублю цепочку, и ты сможешь хотя бы руки развести.
— А ты попадешь?
— Да.
— Даже не поранив меня?
— Подумаешь, отрублю один пальчик. Что с того? У тебя еще девять останется…
— Шутишь?
— Конечно, шучу. Давай, клади руки на подоконник.
— Нет, я лучше подожду. Ведь вы наверняка вызвали полицию?
— Вызвали, — ответила Дина, зайдя в комнатушку. — Наряд прибудет в ближайшее время.
— Я умираю от жажды, — пожаловался Кен. — Ни у кого нет воды?
— Из-под крана не пойдет? — спросил Паша.
— В доме нет водопровода, — покачала головой Дина. — Как и туалета. Но неподалеку есть колонка. Давай схожу, наберу. Только емкость надо найти…
— В подвале валялись пустые бутылки, — припомнила Лида.
— Но они грязные! — возмутился Кен. — Нет, я лучше потерплю. — Но так шумно сглотнул, что всем стало ясно: он не преувеличивает и его жажда очень сильна.
— Я поищу что-нибудь… — выпалила Дина и покинула дворницкую.
* * *Кухни в доме были общими. На первом этаже и на втором. Дина, включив фонарь на телефоне, двинулась по коридору в сторону кухни. Та оказалась просторной, но с очень низким потолком и без двери. На втором этаже была другая: узкая, длинная, зато рослому отцу Дины не приходилось съеживаться, заходя в нее. В нижней же потолок чуть ли не давил ему на макушку. Дом достраивался и перестраивался после революции, в него хотели заселить как можно больше людей, вот и получился совершенно невозможный проект.
Дина зашла в кухню, осветила ее фонариком. Две кошмарного вида старые газовые плиты, стол, на стене шкафчик без дверок. Вот и все, что осталось. Жильцы все вывезли, съезжая отсюда. В том числе и посуду.
Дина ушла из кухни ни с чем. Даже банки пустой не нашлось. Она собиралась вернуться в дворницкую, но остановилась возле лестницы. Сейчас та выглядела еще более зловеще. Облупившаяся краска, под которой скрывается потемневшее, похожее на запекшуюся кровь дерево,
покореженные перила, крутые покосившиеся ступени, уходящие в темноту.
Б-р-р-р-р…
И все же Дина решила подняться по лестнице. Вдруг на их кухне найдется какая-нибудь посудина?
Перемахнув первую ступеньку, а заодно и вторую, она опустила ногу на третью. Та противно скрипнула под ее весом. Но не треснула, что уже хорошо.
Очень осторожно, с оглядкой, Дина стала подниматься.
Преодолев лестницу, облегченно выдохнула. Пусть моральных усилий было потрачено меньше, чем в детстве (порой она оставалась в комнате на весь день, лишь бы не спускаться, а потом не подниматься), а все равно хорошо, что все позади.
Кухня находилась в десяти детских шагах от лестницы. Маленькая Дина вбегала в нее и хватала что-нибудь вкусненькое, чтобы порадовать себя.
Взрослая Дина сделала всего четыре шага и оказалась у двери — в их кухне она имелась, потому что проем был стандартный. Она очень пригождалась, когда соседка запекала в духовке мойву. На вкус рыба была хороша, все ее ели, но воняла она преотвратно.
Дине на миг показалось, что этот дух не покинул дом, он по-прежнему витает в воздухе.
Она толкнула дверь и хотела уже войти, но отшатнулась. На полу лежал человек. Ногами к двери, головой к окну. Узкая и длинная, как кишка, кухня напоминала гигантский гроб, и человек лежал в