Библиотека

Классовый вопрос стр. 46

Размер шрифта
-
+
Тема

выгодный брак, а затем необходимостью выдать ее замуж за него, сына человека, которого он ненавидел, вероятно, больше всего на свете.

Реджи не считал его приятным человеком, и, если бы смог, то смотрел бы на крушение этого высокомерного, холодного человека с некоторым ликованием. Но Хаверкрофт – отец его будущей жены и вскоре должен стать его тестем. Реджи догадывался, что где-то там, глубоко под его ледяным экстерьером, таится любовь к жене и дочери. Любовь, за которую и они платят ему любовью.

Примирить Хаверкрофта с этим браком будет труднее, чем успокоить трех остальных. Однако, Реджи считал важным все же попытаться это сделать. Такая возможность представилась во время чая, когда графиня и ее дочь беседовали с родственниками и друзьями его родителей, а не сидели с Хаверкрофтом, как недосягаемые аристократы. Граф с холодным достоинством сидел в гордом одиночестве. Никто не смел приблизиться к нему, даже если и испытывал такое желание.

Реджи посмел.

– Быть членом большой семьи, – бодро начал он, стоя возле кресла графа с чашкой чая в руках, – во время торжественных событий прекрасно. Увы, большая семья несколько пугает посторонних.

Хаверкрофт поднял глаза от своей тарелки. Его глаза были холодны, как лед.

– Меня не так-то легко запугать, Мэйсон, – процедил он.

Реджи, тоже ничуть не испугавшись, продолжил:

– Но особенностью моей семьи является то, что она в мгновение ока раскрывает объятия, чтобы принять других, любимых кем-то из них.

– Можно только надеяться, – с сарказмом процедил граф, – вы не ожидаете, что я упаду в объятия Мэйсона.

Реджи улыбнулся нелепой картине, возникшей перед его мысленным взором. Он сел в кресло напротив графа.

– Леди Аннабель будет обласкана семьей сразу же, как только выйдет за меня замуж. И даже до этого. Она уже пришлась по вкусу. Она будет принята и искренне любима множеством добрых, великодушных людей. У нее будет теплая и любящая семья, которая добавится к ее собственной.

– И это принесет ей немыслимую пользу, – с глубоким презрением заметил граф.

– Безоговорочное признание и привязанность – всегда полезно. Вы не должны беспокоиться, что она будет несчастна. Я не думаю, что такое случится.

– Я желаю ей счастья в ее новом жизненном статусе, – пробурчал Хаверкрофт.

Очень трудно испытывать добрые чувства к такому человеку, подумал Реджи, но он был отцом леди Аннабель Эштон.

– Не согласитесь ли вы на несколько минут пройти со мной в библиотеку? – спросил он, снова вставая. – Там потише.

Шум в гостиной стоял немыслимый, поскольку каждый пытался говорить громче другого, и практически все, что говорилось, считалось достаточно забавным, чтобы вызвать раскаты и переливы смеха.

Это была типичная картина воссоединения семьи.

Леди Аннабель беседовала с дядей Уилфредом, который хотя и был глух как пень, но в остальном находился в прекрасной форме. Должно быть, он извлек на свет божий весь свой запас старых историй. Она смеялась и промокала уголки глаз носовым платочком.

Хаверкрофт молча поднялся и следом за Реджи вышел из гостиной. Несчастный граф, должно быть, сожалел, что нельзя ускользнуть и из дома, пока никто не видит.

В библиотеке никто из них не сел. Хаверкрофт встал перед холодным камином, похоже, его любимым местом в любом помещении, а Реджи, подойдя

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.