Клятва московской принцессы стр. 73
сгодится, не выкидывать же. Какая разница, что вашей химией поливать. Так хоть не жалко, душа за испорченное не болит.
– А кому недавно на партикулярное обмундирование сумму выдали? – пристально посмотрел на него трансмагистр.
– Так оно ж и целее будет, – не смутился Кирей Фомич. – Могу показать. В шкафчике свеженькое висит. Когда еще новую сумму выделят.
– А я тебе повторяю: моя лаборатория – серьезное научное учреждение государственного значения, а не кухня, – с нажимом проговорил великий ученый, маг и астролог.
– Дык я ж только в моечной его эксплуатирую, – нашел новый аргумент Кирей Фомич. – А насчет кухни, смею заметить, там обмундирование раз в квартал всему персоналу меняют. Со мной не сравнить. От вас-то по году не дождешься.
– Тебя не переспоришь, – поиграл в воздухе длинными узловатыми пальцами Амадеус. – Ты лучше вот что: бери мальчишку и записку, которую я сейчас черкну. Обустроишь его как следует. Проследи, чтобы комнату с приличными людьми дали.
Кирей Фомич выразительно потер большой и указательный пальцы. За все хорошее здесь явно следовало приплачивать.
– Потраченное возмещу, – пообещал Амадеус.
– Дык мой кошель-то сегодня не при параде, – шмыгнул носом бородач.
Амадеус со вздохом полез в карман, ворча:
– В Башне полный бардак. Куда Орест только смотрит? Сплошные поборы! Шагу без взятки не ступишь!
– Дык мы, господин трансмагистр, люди маленькие, а его высокоблагородие господин маршал все больше по государственным заботам. Как говорится, с облака песчинку не разглядишь, оттуда внизу одна лишь пустыня и видится.
– Вот скоро Башня в пустыню и превратится, – отсчитывая монетки, пробурчал трансмагистр и, словно спохватившись, громоподобно грянул: – А тебя, дурака, вообще не спрашивают! Идите оба! И так половину утра из-за вас потерял!
– Документ с собой? – строго осведомился Кирей Фомич у Егора.
Тот продемонстрировал паспорт и только что выписанное трансмагистром свидетельство.
– Разевай рот, когда спрашивают, – одернул его Фомич. – У нас производство опасное, недосуг друг на друга оглядываться. Спрошено – озвучь ответ.
– Обязательно, – с ходу принял игру в начальника и покорного подчиненного начинающий младший лаборант.
Они спустились в лифте на несколько десятков этажей, затем прошли по длинному разветвляющемуся коридору до толстой металлической решетки, преградившей им путь. По обе стороны решетки стояли гвардейцы. Сбоку была металлическая дверь.
– Документы! – недобро оглядывая мальчика, потребовал офицер с золотыми имперскими лилиями на погонах.
Егор предъявил паспорт и выданную трансмагистром записку. Офицер долго и очень внимательно изучал то и другое, постоянно при этом косясь на Егора. Наконец, скользнув взглядом по пропуску Кирея Фомича, он процедил сквозь зубы:
– Проходите.
Лязгнул засов. Они прошли. Дверь с грохотом затворилась. И процедура проверки документов началась с
другой стороны. Наконец и второй пост отпустил их.
– Кажись, миновали, – облегченно проговорил Фомич. – На тебя дивились. Таких, как ты, в имперскую зону редко допущают. У нас-то, в людской, твоих много, но они большей частью внизу трудятся, на подхвате, или на совсем уж зряшных работах, куда наш брат даже в Башне не очень идет. А у тебя, считай, привилегия. Уважили не по чину. Теперь, парень, доверие отрабатывай, чтоб Ли-Ли Павловну не посрамить.
– Буду стараться, – заверил Егор. «И еще как, – добавил он про себя, только совсем по другому поводу, чем ты думаешь».
Они спустились еще ниже в другом лифте. Этот был погрязней