Клинки города ярости стр. 10
прислуга и Айдан, я бы убил ублюдка так жестоко, как только мог, но имение кишело караульными. Мне не справиться в одиночку и никак не помочь Амаль. Но как дождаться завтрашней ночи? О, Владыка, я же сойду с ума!
* * *Под зачарованным плащом я ощущал себя совершенно голым. Без верных теней, что скрывали бы мое тело от чужих глаз, казалось, будто нас того и гляди засекут. И даже пустота передо мной не успокаивала, хоть и не была пустотою. Где-то там, во тьме, прятались Ратнар, Гойн и Адим – те единственно верные товарищи, которых я взял с собой сегодняшней ночью. Мы привезли из Миреи четыре плаща и стащили все четыре. Вернее, их совершенно равнодушно вынес Ратнар, никому не попавшись, пока я рвал и метал в его каморке, которую командир Даирской роты с издевкой величал отдельной комнатой.
Под утро ворота имения воеводы наконец отворились, впуская повозку с продуктами, и я сумел ускользнуть. В корпусе навиров Ратнар с видом мудрого учителя напоил меня успокаивающим отваром, пока я окончательно не разгромил его комнату и не поднял всю казарму на уши обещаниями разорвать Айдана голыми руками.
Образ Амаль, окровавленной и униженной, изнасилованной братом, не покидал мои мысли даже сейчас, когда я всматривался в пустоту перед собой. Осталось всего ничего, и ублюдок воевода получит свое, как и его шавки. Янь обещал не оставить в живых никого из них, и мне нравился этот план. Успокоительный отвар уже давно перестал действовать. Черную, клокочущую ненависть подпитывала магия, рвавшаяся из тела.
Неподалеку притаился Янь с тремя десятками монстров. Где он их прятал, мы не знали, но вчерашняя служанка, всего лишь бледная и подозрительно зрячая, не шла ни в какое сравнение с чудовищами, которых притащил хозяин борделя к имению воеводы. Однажды я уже встретился с ними в бою. Счастье, что сегодня они на нашей стороне, как и их повелитель.
Когда имение затихло, а улицы окончательно опустели, время расплаты пришло. Я прошептал в пустоту: «Пора», – и неслышно приблизился к одному из трех привратников, зная, что товарищи следуют по пятам. Пять секунд на то, чтобы достать из ножен особый кинжал, и еще две-три, чтобы отточенным движением перерезать горло ублюдку в алом от уха до уха. Кряхтение слева возвестило, что парни справились с первой частью плана.
Кровь прислужника воеводы окропила мои руки, прежде чем я пинком отшвырнул от себя подергивающееся и хрипящее тело. Ублюдок зажимал порез, из которого с пульсацией выплескивалась кровь, а мне хотелось добить его ногами. «Лежачих не бьют», – непрестанно повторял взводный во время учебы в кадетском корпусе, когда я в порыве ярости стремился пнуть поверженных противников. Что ж, он и без того не жилец, как и его сослуживцы.
Для верности мы подождали, пока будущие трупы перестанут дергаться, и хладнокровно отволокли их подальше от ворот. В трепещущем свете фонарей лужи крови мерцали и притягивали взгляд, но Ратнар справился с проблемой: поднявшийся ветер попросту выдул алую жижу с брусчатки, окропив каплями ближайший кустарник. Кажется, немного попало даже на мой плащ. Я не обращал внимания на мелочи, приготовившись к следующей части плана. Нам предстояло открыть ворота.
Ратнар дважды ударил ладонью по воротам –