Клинки города ярости стр. 23
и смог прийти ко мне. Правда… Все это он сказал после того, как обложил меня бранью и назвал тупой кобылицей за то, что опоила Амира.
– Ну-у-у, Реф любит ругаться, – хмыкнула я, и на сердце вдруг потеплело. – Он говорил что-нибудь о том, как вернуть его в наш мир?
Игла лишь покачала головой:
– Я испугалась и проснулась, не дослушав. Больше Реф не являлся.
Я подскочила, будто ужаленная в задницу осой размером с барана. Игла отшатнулась от неожиданности, но ее рука все еще была в плену моей хватки.
– Нам нужно выбраться отсюда и отправиться в Меир-Каиль! Реф наверняка знает, жив ли Амир! Мы должны вернуть его… их! И Рефа, и Амира!
Игла вновь цыкнула и приложила палец к губам.
– Не забывайся, здесь нас могут подслушать.
Я торопливо закивала и принялась одеваться так быстро, как не одевалась, наверное, никогда. Шаткий план уже сложился, и осталась одна малость: всего лишь исполнить его.
– Нам нужен Эрдэнэ, – решительно заявила Игла.
Я на миг замерла, вспомнив о своих подозрениях, но та горячность, с которой Эрдэнэ защищал меня перед Мансуром, казалась слишком искренней для лжи.
– Мы можем ему доверять? – решившись, спросила я.
– Я верю ему, как себе.
– Мне этого достаточно.
Я потащила Иглу к двери, но едва мы покинули каморку, как наткнулись на Исара. Он с подозрением оглядел нас обеих и процедил:
– Амаль Мансур, вас требует к себе отец. И тебя, Игла. Живо.
– Не смей мне указывать, – огрызнулась я, едва сдерживаясь, чтобы не толкнуть первого советника плечом, как обычно делают мужчины.
– Кажется, вы забываетесь. Ваше место пока не на троне.
– Пока.
С этими словами я все же оттеснила Исара и гордо направилась к залу совета. Настоящая Амаль, скрытая за семью замками, вопила и стенала, умоляя отыскать Эрдэнэ и отправиться в Меир-Каиль немедленно. Только бы Реф рассказал нам об Амире, только бы он обнадежил нас.
Я не могла пойти на поводу у настоящей себя и потому, конечно же, нацепила знакомую лживую личину.
Пещера давно проснулась. То и дело сталкиваясь то с волхатами, то с какими-то незнакомыми людьми, я поняла, что Мансур действительно поднакопил союзников.
Игла двигалась шаг в шаг со мной, Исар же держался поодаль до самого зала совета. Ворвавшись в большую комнату со стенами, увешанными красочными картами Белоярской империи, Нарама, Миреи и Фадаята, я на миг застыла. На нас с Иглой выжидающе смотрели пять человек. И если троих я знала – Мансур, Маура и Эрдэнэ, то двое мужчин оказались мне незнакомы. Один из них выглядел бы молодо, если бы не лохматая светлая борода, второй же, постарше и с сединой в волосах, походил на коренного нарамца.
– Рад, что вы присоединились, – холодно поприветствовал нас Мансур и указал на пустующие три кресла.
Я демонстративно села на то, что стояло справа от него. Исар возмущенно кашлянул и замер за моей спиной.
– Вы заняли мое место, – процедил он.
– Нет, это ты занимал мое место. Я, как никто, имею право сидеть рядом с отцом.
Я поймала взгляд Эрдэнэ, в котором плясали искорки злорадного веселья, и выдохнула. Значит, он одобрял мое представление. Каждый в этой пещере должен знать, кто такая Амаль Мансур, и бояться моего имени.