Ключ из жёлтого металла стр. 121
приятной части города, который мне пока совершенно не нравился, а значит, нам обоим следовало постараться исправить наши отношения — и городу, и мне.
И мы постарались. Во всяком случае, мой взгляд на Хаген начал меняться еще по дороге. Некоторые его фрагменты оказались вполне ничего. С моста, переброшенного через ручеек, возомнивший себя настоящей рекой, открывался прекрасный вид на окрестности, на берегу возились неуклюжие утки, в конце улицы, по которой мне предстояло идти, возвышался заросший цветущими садами холм, а в нескольких десятках метров от меня призывно сверкали витрины большого универмага, где можно было наскоро обзавестись сменным бельем, зубной щеткой и, черт побери, теплым свитером, сколько можно мерзнуть.
Там же я приобрел рюкзак, сложил покупки и, таким образом, обрел имидж солидного, заслуживающего доверия Постояльца-с-багажом, которого охотно пустят в любую гостиницу, были бы свободные номера.
Мне повезло, номер в отеле «Art-Ambiente» на углу Хохштрассе и Хуго Прюсс нашелся незамедлительно. Я рухнул на кровать, откупорил бутылку воды, залпом выпил добрую половину и только тогда сообразил, что надо бы позвонить Хайди, сказать, что труды ее увенчались успехом. И Карлу. И Ренате. И Мите — если телефон к тому времени не сдохнет. Зарядное устройство я пока не купил, вот чем надо будет заняться в первую очередь. Самая
необходимая вещь.
Митя как почувствовал, что я отложил разговор с ним напоследок, и тут же позвонил сам.
— Ты в порядке? — первым делом спросил он.
— В порядке. И уже на месте. Отличный дядька меня подвез, очень шустрый, раз — и приехали. А как поживают наши общие друзья? Нашлись?
— Нашлись, нашлись. Только что, — затараторил Митя. — Лени наконец взяла трубку. Говорит, не может пока ничего объяснить. И не уверена, что вообще когда-нибудь сможет. Передала тебе извинения. Просит, чтобы ты не очень сердился. Дескать, они поступили не так ужасно, как может показаться. Бросили тебя, чтобы не впутывать в свои неприятности. Не позвонили по той же причине. Но теперь все в порядке. Рюкзак твой в галерее, можешь зайти за ним в любой момент. Вернее, сегодня уже поздно, а завтра с десяти утра — пожалуйста. Адрес я тебе послал, ты же получил? Ну вот. Они оба готовы извиниться и компенсировать нанесенный ущерб любым приемлемым для тебя способом. Но объяснить свое поведение вряд ли смогут. Учти, я просто передаю ее слова. Сам ничего не понимаю.
— Ну-ну, — вздохнул я. — Ладно, живы-здоровы, и слава богу. Это оказался тот самый редкий случай, когда все действительно к лучшему.
— Ну и хорошо, — обрадовался Митя. — Ты в Прагу-то вернешься в ближайшее время?
— Не знаю пока. Как пойдет.
— Если вдруг надумаешь, позвони обязательно. С меня, как минимум, один обед — тоже в качестве компенсации.
Все-таки ужасно несправедливо устроена жизнь. Как только человек обретает возможность самостоятельно обеспечивать себе обильное пропитание, число людей, готовых накормить его за свой счет, стремительно возрастает. Иногда я жалею, что не могу переправить все эти халявные обеды назад, в прошлое, подкормить голодного студента, который твердо решил обходиться без родительской помощи. И время для этого выбрал самое что ни на есть подходящее — начало девяностых, когда не только бедные студенты, но и профессора от голода шалели. И желающих угостить меня не то