Ключ к Ребекке стр. 262
о том же самом.
Тогда они оба смеются. Он говорит:
– Я много чего делал после… ну, в общем, после этого, но не могу припомнить, чтобы я смеялся.
– Я так рада, – говорит она. – Уильям, я так рада!
Глава 8Роммель чувствовал запах моря. Жара, пыль и мухи в Тобруке досаждали не меньше, чем в пустыне, но достигавшие города дуновения соленого, влажного ветра делали жизнь вполне сносной.
В передвижной командный пункт вошел фон Меллентин с отчетом разведуправления.
– Добрый вечер, фельдмаршал.
Роммель улыбнулся. Он был произведен в фельдмаршалы после победы в Тобруке и еще не привык к своему новому званию.
– Есть новости?
– Донесение от агента в Каире. Он сообщает, что линия Мерса Матрух имеет слабые места в центре.
Роммель взял у него отчет и стал просматривать его. Сообщение о том, что союзники предполагают, будто он поведет свои силы в обход южного фланга линии обороны, вызвало у него улыбку: похоже, они начинают понимать его тактику.
Он сказал:
– Значит, вот здесь минное поле становится более разреженным… Но вот в этом месте оборону держат две колонны. Что такое колонна?
– Это новый термин. Один пленный показал на допросе, что колонна – это бригадная группа, побывавшая в двух танковых сражениях.
– Слабое соединение?
– Да.
Роммель постучал пальцем по отчету.
– Если этот отчет соответствует действительности, мы сможем прорвать линию Мерса Матрух, как только доберемся до нее.
– Я сделаю все от меня зависящее, чтобы проверить правильность донесения агента в ближайшие день-два, – сказал фон Меллентин. – В прошлый раз он нас не подвел.
Дверца командного фургона открылась, и вошел Кессельринг.
Роммель удивленно воскликнул:
– Фельдмаршал! Я полагал, что вы на Сицилии!
– Я был там, – ответил Кессельринг. Он потопал ногами, отряхивая пыль со своих башмаков ручной работы. – Я только что прилетел оттуда, чтобы повидать вас. Черт возьми, Роммель, пора с этим кончать! Вы же получили ясный приказ: продвинуться до Тобрука, но не дальше.
Роммель уселся в походный шезлонг. Он не думал, что Кессельринг все-таки вмешается в это дело.
– Обстоятельства изменились, – резко ответил он.
– Но приказ, который вы получили первоначально, был одобрен Верховным командованием итальянской группы войск, – возмутился Кессельринг. – А вы что сделали? Вы отклонили «совет» и пригласили Бастико пообедать с вами в Каире!
Ничто так не могло взбесить Роммеля, как приказы, исходившие от итальянцев.
– Итальянцы ничего не сделали в этой войне! – воскликнул он.
– Это к делу не относится. Сейчас от вас требуется поддержка в воздухе и на море при наступлении на Мальту. После захвата Мальты вы со своими силами двинетесь на Египет.
– Вы так ничему
и не научились, – заявил Роммель. Он делал над собой усилие, чтобы не повышать голос. – Пока мы окапываемся, противник тоже будет окапываться. Если бы я играл в эти игры с передышками, мои войска не дошли бы сюда. Когда меня атакуют, я уворачиваюсь; когда противник обороняется, я иду в обход, а когда он отступает, я догоняю его. Сейчас противник бежит – самое время для захвата Египта.
Кессельринг сохранял спокойствие.
– У меня есть копия вашей шифрограммы Муссолини. – Он вынул из кармана листок бумаги и прочитал:
«Состояние и моральный дух наших войск, материальные ресурсы, пополненные за счет захваченных нами складов, а также сегодняшнее ослабленное