Ключъ стр. 157
тучи солнца,-- нeтъ, не скроютъ.
Вeтеръ воетъ... Громъ грохочетъ...
Синимъ пламенемъ пылаютъ стаи тучъ надъ бездной моря. Море ловитъ стрeлы молнiй и въ своей пучинe гаситъ. Точно огненныя змeи вьются въ морe, исчезая, отраженья этихъ молнiй.
-- Буря! Скоро грянетъ буря!
Это смeлый Буревeстникъ гордо рeетъ между молнiй надъ ревущимъ гнeвно моремъ; то кричитъ пророкъ побeды:
-- Пусть сильнeе грянетъ буря!..."
Князь Горенскiй отступилъ на шагъ назадъ и бросилъ на столъ салфетку. Залъ стоналъ отъ рукоплесканiй. Всe повставали съ мeстъ.
Браунъ незамeтно прошелъ къ выходной двери.
XIII.
-- Что-жъ, пообeдали? -- спросилъ онъ, входя въ кабинетъ Федосьева.-- Я думалъ, вы давно кончили и ушли... {368}
-- Кончаю. Васъ поджидалъ, мнe торопиться некуда. Вы пили кофе?
-- Пилъ.
-- Выпейте еще со мною. Я и чашку лишнюю велeлъ подать въ надеждe, что вы зайдете. Для меня готовятъ особое кофе... Вотъ попробуйте.-- Онъ налилъ Брауну кофе изъ огромнаго кофейника.-- Предупреждаю, заснуть послe него трудно, но я и безъ того плохо сплю... Если выпить на ночь нeсколько чашекъ такого кофе, можно себя довести до удивительнаго состоянiя. Тогда думаешь съ необычной ясностью, видишь все съ необычной остротой. Мысли скачутъ какъ бeшеныя, всe несравненно яснeе и тоскливeе дневныхъ.
-- Да, я это знаю,-- сказалъ Браунъ.-- Въ пору этакой ночной ясности мыслей очень хорошо повeситься.
-- Очень, должно быть, хорошо... Интересныя были рeчи на юбилеe?
-- Ничего... Я, впрочемъ, не слушалъ... Кофе дeйствительно прекрасное.
-- Я немного знаю Кременецкаго,-- сказалъ, улыбаясь, Федосьевъ.-Разумeется, любой столоначальникъ имeетъ право на юбилей послe двадцати пяти лeтъ службы, однако мнe не совсeмъ понятно, почему именно этотъ п?р?а?з?д?н?и?к?ъ ?р?е?в?о?л?ю?ц?i?и такъ у васъ раздувается. Вeдь Кременецкiй -- второй сортъ?
-- Третiй... Но юбилейное краснорeчiе, какъ надгробное, никого ни къ чему не обязываетъ. Вы, что-жъ, принимаете въ серьезъ и некрологи?..
-- Повeрьте, публика все принимаетъ въ серьезъ.
-- Вы думаете? Возможно, впрочемъ, что въ этомъ вы и правы. Если у насъ въ самомъ дeлe произойдетъ революцiя, то главныя непрiятности могутъ быть отъ смeшенiя третьяго сорта съ {369} первымъ. Несчастье революцiй именно въ томъ и заключается, что къ власти рано или поздно приходятъ люди третьяго сорта, съ успeхомъ выдавая себя за первосортныхъ. Въ этомъ они легко убeждаютъ и исторiю,-- ее даже, пожалуй, всего легче... Но вeдь и вы, собственно, всeхъ валите въ одну кучу. Нетрудная вещь иронiя... И нетрудное дeло обобщенiе. "Праздникъ революцiи"? Нeтъ, все таки не революцiи, а того пошлаго, что въ ней неизбeжно, какъ оно неизбeжно и въ контръ-революцiи. Герценъ -- революцiя, и
Кременецкiй -- революцiя. Но, право, Герценъ за Кременецкаго не отвeчаетъ. Говорятъ о пропасти между русской интеллигенцiей и русскимъ народомъ,-- общее мeсто. По моему, гораздо глубже пропасть между вершинами русской культуры и ея золотой серединой. На крайнихъ своихъ вершинахъ русскiй либерализмъ замeчательное явленiе, быть можетъ, явленiе мiровое. А на золотой срединe...-- Онъ махнулъ рукой.-- И "Фауста" подстерегло оперное либретто... Что до низовъ... Волей судьбы вершины нашей мысли сейчасъ указываютъ то самое, чего хотятъ низы -- и это наше счастье. Но, можетъ быть, такъ будетъ не долго: связь вeдь въ сущности случайная,-- и это наше несчастье. Иными словами, вполнe возможно, что въ